К тому же неясно еще, на ком ты жениться будешь: на Мариэлле или на Марии. С кем тебя боги соединят? Тело-то местное, молодое и красивое, но я-то в нем гостья.
— Мне нужна ты, Мария, Маша, Мари. И знаешь, чего я ужасно хочу?
— Чего?
— Обнять тебя и поцеловать. Но это было бы неуместно, учитывая, что мы наедине и…
— Знаешь, Артур… — Я отложила с колен салфетку, встала и обошла стол. — Именно наедине это и уместно.
Артур попытался подняться со стула, но я остановила его, положила руки на плечи и села к нему на колени.
Иногда нужно быть храброй и безрассудной. И да, я совсем не уверена, что поступаю правильно. И тело не мое, и вообще, но…
Я погладила мужчину по худой запавшей щеке и легко поцеловала его в губы. Он тут же перехватил инициативу. Когда мы оторвались друг от друга, то оказалось, что я успела расстегнуть рубашку Артура и беззастенчиво глажу его по груди. А его руки уже под моей одеждой. И у меня крышу сносит от жениха, потому что я совершенно дурею от простых поцелуев.
И, кажется, готова отдаться ему прямо тут, на стуле. Или на столе. Или на полу. Да где угодно уже. Потому что до одури хочу этого мужчину.
— Я люблю тебя, — выдохнул он. — Как же я тебя люблю, Маша…
Я открыла рот, чтобы сказать ему, что тоже люблю. Пора уже признаться себе самой, что да, я окончательно и бесповоротно втюрилась. Хотя мне очень страшно, и я категорически не хочу замуж абстрактно, и меня пугает сам факт того, что моим мужем может стать аристократ из другого мира.
А еще я вряд ли смогу поладить с его семьей, родней и всем этим титулованным окружением, но Артур — это мой мужчина. И я буду последней дурой, если упущу его и снова откажусь от возможности быть с ним.
А раз так, то…
Глава 24
Я маг теперь. И не девственница. И я люблю и хочу своего жениха. И черт с ними, всеми этими правилами приличиями и Артуровым «до свадьбы ни-ни». Почему бы не воспользоваться тем, что у меня прямо сейчас под рукой. И под губами. И под попой. Тем более что это последнее ясно дает ощутить всю твердость намерения быть со мной.
А потом мозг отключился полностью. Остались только чувства, эмоции и дикое желание.
Мы страшно насвинячили, уронив посуду со стола. И до постели не дошли. Вернее, дошли, но не сразу. И это было сущее безумие, потому что крышу снесло не только у меня. Лично я вообще ничего не соображала, кроме того, что мужчина, от которого я без ума, наконец-то со мной, рядом со мной, на мне, во мне.
