Глава 50
Роуз стояла у окна своей комнаты в отеле Нэшарта. Она сняла номер, чтобы привести себя в порядок. Сегодня она должна выглядеть наилучшим образом. Снаружи не было видно никого, кто ожидал бы ее у входа. Они всегда были там, те, кто следил за ней все эти годы. Всегда на виду, не прячась. Паркер хотел, чтобы она знала. Порой они даже почтительно кивали, когда она выходила наружу. Большинство не задерживалось больше года, ведь это была очень скучная работа. Было так непривычно вдруг лишиться их, что, наверное, пройдет немало времени, прежде чем она перестанет оглядываться.
Но они и вправду исчезли. Она вернула себе свою жизнь. Она может вернуть даже своего мужа… если он простит ее.
Невероятно, но она могла даже не узнать, что ее кошмар закончился. Роуз была в своем номере, собираясь в Монтану, чтобы выяснить, что заставило ее дочь написать такое паническое письмо и умолять позволить вернуться домой. Поезд отбывал через несколько часов, практически не оставляя времени на еще один визит к Паркеру.
В этот свой приезд она уже побывала в его доме пять раз, и каждый раз ей отказывали в приеме. В еще одной попытке не было никакого смысла. И тем не менее Роуз попыталась. Ей удалось войти внутрь, и она услышала последнее, что ожидала услышать. Паркер умер.
Он умер два дня назад, когда она чувствовала себя такой подавленной, что даже не вышла из отеля, чтобы прогуляться по улице или купить газету. Его дом был погружен в траур, по крайней мере создавалось такое впечатление.
Тот человек заставил ее поверить, что смерть Паркера ничего не изменит, что его вендетта будет продолжаться даже из могилы. Он не учел, что жена Паркера, Рут, не выполнит пожеланий своего почившего супруга.
— Я не могу вернуть вам потерянные годы, но могу заверить, что не собираюсь выбрасывать деньги на недостойное дело, — сказала Рут, когда приняла Роуз в своей гостиной в тот последний день в Чикаго. — Мой муж был неправ. Он совершил много дурных поступков, но этот наихудший.
Он не мог смириться с тем, что наш сын был слаб. Он предпочитал винить других, вместо того чтобы признать, что всю жизнь баловал Марка. Честно говоря, Роуз, смерть Паркера стала не только избавлением для вас, но и для меня.
Рут еще многое сказала и предложила Роуз все возможные извинения, упомянув даже о крупной сумме денег. Она назвала Паркера блестящим умом, когда дело касалось бизнеса, но дураком, когда речь шла о семье.
