В общем, он поймал сегодня мустанга, и я попытался сходу укротить его, хотя догадывался, что это не лучшая идея. В итоге он несколько раз сбросил меня, прежде чем сдаться.
— Почему же вы не подождали?
Хантер усмехнулся.
— Потому что пытаюсь побить рекорд Сэма Уоррена.
При упоминании брата Тиффани замерла и осторожно спросила:
— В каком смысле?
— Пару лет назад Сэм вызвал меня на соревнование по укрощению лошадей, которое проводилось в городе. Он привел шесть диких лошадей, которых поймал сам. Даже предложил, чтобы шериф следил за временем, поскольку ни один из нас не верил в беспристрастность представителя другой семьи.
— За временем?
— Ну да, сколько потребуется времени, чтобы укротить лошадь. Выигрывает тот, кто показывает лучший результат два раза из трех попыток. Он побил меня на первых двух лошадях. Мне следовало бы догадаться, что обречен на проигрыш, когда он заявил, что сам поймал всех шестерых. Позже я узнал, что он годами занимался укрощением диких мустангов. Просто для забавы, так что неплохо натренировался на этом.
Тиффани вспомнила, что Сэм рассказывал о своем необычном хобби. Он отслеживал табуны диких лошадей. Больше всего ему нравилось отлавливать кобылиц, не привлекая внимания жеребца, охранявшего табун. Он также спасал молодых мустангов, когда вожак табуна становился слишком агрессивным по отношению к ним.
Но поведение Сэма, которое только что описал Хантер, очень напоминало то, что проделал Закери, чтобы лишить Франклина его экономки. Озорство. Выходит, обе стороны наслаждаются озорными проделками? На взгляд Тиффани, подобное поведение никак не походило на смертельную вражду.
А может, задалась она вопросом, вражда увяла бы сама собой, если бы предстоящая свадьба не подлила масла в огонь, разозлив ее братьев? Ведь до прошлого года противостояние между семьями не выходило за рамки взаимного недоверия, подначек и перебранок. Неужели та самая договоренность, которая все эти годы обеспечивала перемирие, станет его концом? Впрочем, напомнила себе Тиффани, она совсем забыла про спорный участок с озером, эту чертову воду, которую они никак не поделят.
И как рассвирепели Каллаханы этим утром, когда поскакали выяснять отношения с ее семьей. Нет, вражда не кончилась, и она совсем не безобидна.
— Вы намерены вызвать его на поединок, если вам удастся побить рекорд?
— Это зависит от обстановки. Возможно, мне придется бросить ему другой вызов.
Тиффани побледнела, заметив, что Хантер положил руку на пистолет.
