Ощущение было мимолетным, и я, на миг остановившись, толком не успела его распознать.
Похоже, из-за последних событий надо мной взял верх стресс. А еще — голод, вот и мерещится не пойми что. Придя к такому выводу, я вознамерилась пойти на ужин и, пока не вышла за дверь, спиной чувствовала прикованный ко мне взгляд.
Не считая летящих в мою сторону насмешек, ужин прошел неплохо. Собственно, на те самые насмешки мне было глубоко плевать, и все, что интересовало, — это горячая, очень вкусная еда. На сей раз столик для меня нашелся, и я, восседая в гордом одиночестве, не испытывала ни малейшего дискомфорта.
Из столовой, — как я упорно продолжала называть этот зал, — выходила одной из последних. Поэтому не было ничего удивительного в том, что, подходя к гостиной факультета, слышала множество доносящихся из нее голосов. Но, что странно, при моем появлении они моментально смолкли.
Судя по всему, так бурно однокурсницы обсуждали меня. Отсутствие очередных насмешек заставило насторожиться, и к своей новой комнате я подходила с долей опасения.
Увидев приоткрытую дверь, которую перед уходом запирала на ключ, внутренне вознегодовала. Даже опекуны, при всех своих недостатках, никогда не вторгались в мое личное пространство и не поднимались на чердак.
Перешагнув порог, я включила свет и скользнула взглядом по своим немногочисленным вещам. Вроде бы все было на месте — даже сумка стояла там же, где ее оставила. Но на всякий случай я осмотрела свои владения тщательнее, особое внимание уделив учебникам.
К счастью, все действительно оказалось на месте. Но открытая дверь и поведение однокурсниц определенно настораживали.
Как и собиралась, этот вечер я провела с пользой. Вообще-то сначала хотела начать самостоятельное изучение боевой магии, но ввиду последних обстоятельств передумала. Меня никто не обучал даже азам магии, в то время как большинство однокурсниц владели ими практически с пеленок. И это, пожалуй, главное, что мне следовало наверстать.
А начать я решила с заклинания, позволяющего установить магическую защиту на дверь. Оно приводилось в разделе простейших и не должно было вызвать особых сложностей у обладателя хотя бы двух искр… в теории. На практике же у меня буквально вскипел мозг. И вскипел в данном случае — вовсе не фигура речи!
Чтобы преобразовать внутренний свет — намион — в способную влиять на окружающий мир энергию, требовался очень высокий уровень концентрации.
