Тот коротко кивнул, а я невольно задумалась, напрягая память.
Гай, Гай… точно! Кажется, так звали того самого родственника госпожи Бэйрси, который работал в Институте аэллин. Вот почему мне показалось знакомым его лицо — несмотря на дальнее родство, они с Люцией были похожи.
Весь наш последующий разговор с леди Нейль можно было охарактеризовать так: она спрашивала — я отвечала, она рассказывала — я слушала. Мне были заданы вопросы о моей семье, количестве искр, образовании и увлечениях. Эта леди обладала такой энергетикой, что под ее гипнотизирующим взглядом хотелось выложить все как на духу.
Я и рассказала обо всем без утайки — скрывать мне все равно было нечего. Единственное, о чем умолчала, — о своей склонности время от времени писать стихи. Это не было увлечением, скорее непреодолимой потребностью, которая являлась слишком личной, чтобы с кем-то этим делиться.
Леди Нейль, в свою очередь, кратко поведала о моем предстоящем обучении. В большей степени она говорила о тех вещах, которые мне необходимо приобрести для учебы.
И чем больше я слушала, тем явственнее понимала, что в институте стану белой вороной, поскольку не могла себе позволить практически ничего из перечисленного. Я не смогла заставить себя признаться в нехватке средств открыто, но весьма недвусмысленно намекнула, что не имею возможности приобрести все.
— Значит, заменяйте дорогие предметы дешевыми, — бесстрастно отозвалась та. — Корона спонсирует ваше обучение, но мелкие расходы вы должны обеспечить себе сами. Вам будут бесплатно выданы форма и учебники; писчие принадлежности, которые я перечислила, приобретаете самостоятельно.
В первый день осени вам необходимо прибыть в институт заблаговременно. В восемь утра вас будет ждать доктор для проведения обязательного осмотра. После вам выдадут вещи и заселят в комнату жилого корпуса. У вас будет время переодеться, после чего Гай проведет вас на традиционную церемонию, посвященную первому дню обучения.
«Опять церемония», — промелькнуло в мыслях.
Почему-то одно это слово теперь заставляло меня невольно вздрагивать.
Когда мне были выданы все необходимые инструкции и леди Нейль сообщила, что больше меня не задерживает, я решила прояснить для себя самый главный, не дающий мне покоя вопрос.
— Могу я спросить? — произнесла, прежде чем уйти.
Мне благосклонно кивнули.
— Во время церемонии я заметила, что все были… удивлены, когда прозвучало мое имя. Могла ли произойти ошибка?
Я отдавала себе отчет, что вопрос задала скользкий.
