– Тогда почему он был в наручниках?
– Грозного везли на суд, а ты пытался его выручить.
– Идиотизм!
– А вот я согласна считать Рыжего полицейским, – неожиданно заявила Привереда. – Достаточно оценить его манеры и дешевые тряпки. С другой стороны, Грозный – настоящий воин Омута.
– Девочкам нравятся плохие мальчики?
– Девочкам не нравятся уроды.
Рыжий ощерился:
– Не стоит говорить такие вещи при Тыкве.
– Полегче, конопатый, девушка имела в виду твой внутренний мир.
– Спасибо, Тыква, – с чувством произнесла Привереда.
– Я знала, что ты меня поймешь.
– Полагаю, пора заканчивать с оскорблениями, – громко сказал Грозный. – Нам есть что обсудить.
– Ты бы помолчал.
– Ты бы тоже, – отрезал Грозный. – Когда все вспомним, тогда и будешь выдвигать обвинения.
– Можно и так, – согласился Рыжий. – Но подчиняться тебе я не стану – потертости от браслетов мешают.
– Грозный с нами в одной лодке, – заметила Свечка.
Ей отчаянно не хотелось признавать лысого бандитом. В конце концов, он был единственным, кто отнесся к ней по-человечески.
"
"– Ты уверена? А если он все вспомнил и хочет нас использовать?
– Как?
– Увести подальше от людей.
– Зачем?
– Ну…
– Рыжий, у тебя есть что-нибудь, кроме обвинений? – устало спросила Привереда. – Какой-нибудь план или предложение, как нам отсюда выбраться?
– Нет.
– В таком случае заткнись и не мешай говорить Грозному.
– Я хотел предупредить, что ему нельзя верить.
– А тебе?
– Что?
– У тебя есть пистолет, но нет полицейского жетона, – жестко произнесла Привереда, глядя мужчине в глаза.
– Тебе можно верить?
Тыква рассмеялся. Свечка, подумав, тоже. И даже Куга несмело улыбнулась. А потом привстала и пересела ближе к Тыкве. Все правильно: спорки к спорки. Если не знаешь, что происходит, нужно держаться своих.
На поляне стало ощутимо холоднее.
– Я предлагаю остаться здесь, – заявила Привереда. – Если нас ищут, то в первую очередь спасатели отправятся к месту катастрофы.
– Вот именно – к месту катастрофы. – Грозный вздохнул: – Но это не оно.
Они находились на дне извилистого и неширокого, метров сто – сто пятьдесят, каньона, образованного быстрой горной рекой. Красноватые скалы казались неприступными, а у их подножия было достаточно земли для кустарника и деревьев.
– Почему ты решил, что катастрофа случилась не здесь? – поинтересовался Рыжий.
– Обломков нет.
Свечка усмехнулась.
– Хочешь сказать, что цеппель выбросило в другое место? – прищурился Тыква.
– Именно так.
