– Лиза, посмотри в пакет, там конфеты!
Сумасшедшая перестала буянить, заулыбалась, но не отпустила женщину.
– Хочу чаю! С шоколадом.
– Сейчас, – пообещала дама. – Разожми пальцы, я приготовлю тебе вкусный.
– Нет! – завопила Козлёнок и стала трясти незнакомку."
"Я быстро шмыгнула в коридор, промчалась по бесконечным коридорам, нашла ванную, шкафчик, шприц, опрометью принеслась назад и застала драку.
На секунду я растерялась, потом живо воткнула иглу в руку Елизаветы. Козлёнок рухнула на пол как подкошенная.
Глава двадцать восьмая
– Спасибо, – выдохнула дама, пытаясь привести себя в порядок, – вы мне очень помогли. Давайте знакомиться. Софья Михайловна.
– Виола, – представилась я, – лучше без отчества. Надо вызвать врача и отнести больную в комнату.
– Мы ее не поднимем, а доктору я сейчас позвоню, – сказала Софья.
– Елизавета не особенно крупная, – оценила я вес художницы, – однако вы правы, нести ее на руках тяжело. Но если мы подсунем под нее плед, то довезем ее на нем куда надо.
– Гениальное решение! – похвалила меня Софья. – Принесу накидку, она шелковая, хорошо поскользит по паркету.
С задачей перевозки спящей иллюстраторши мы справились за четверть часа. И даже положили ее на кровать.
– Фу, – выдохнула Софья, – за тяжкий труд мы определенно заслужили по чашечке кофе. Со сливочками.
– Спасибо, что-то не хочется, – пробормотала я.
Собеседница засмеялась:
– Сама не люблю здесь что-либо пить или есть. Пойдемте ко мне, я живу этажом выше.
Какую книгу вы хотите иллюстрировать?
– Детскую, – ответила я. – Вы подруга Козлёнок?
– Двоюродная сестра, – уточнила Софья.
– Может, знаете, почему Елизавета Петровна ненавидит издателя Леонова? – осторожно спросила я.
– За пять минут не расскажу, – ответила Софья, – пошли наверх.
Мы поднялись по лестнице и очутились точь-в-точь такой же квартире, как у Елизаветы. Только эта была с хорошим ремонтом и безукоризненной чистотой радовала глаз. Навстречу вышел красивый рыжий кот.
– Персик, знакомься, – велела ему хозяйка.
Персик подошел ко мне и сел у ног.
– Вы ему понравились, – подчеркнула Софья. – Персик не к каждому человеку приближается. Агрессии он никогда не проявляет, просто уходит.
Беседуя о коте, Софья привела меня в столовую, которую объединили с кухней. И я увидела стеллаж с книгами Виоловой. Наверное, на моем лице появилось растерянное выражение, потому что хозяйка засмеялась.
