Стоит пожалеть Никиту, который оказался меж двух огней.
Несмотря на «предсмертное» состояние, Светлана продолжала активно посещать вечеринки. Ей страстно хотелось стать своей в кругу великосветских львиц. Но глянцевые издания игнорировали жену Никиты, а та очень расстраивалась, звонила Лене и хныкала в трубку:
– Сегодня купила журнал. На обложке Тамара Васильева, жена нефтяной трубы. Внутри интервью с ней аж на восьми страницах. Сделано фото на дне рождения режиссера Молотова. Я там тоже была в платье, намного более эффектном, чем у Тамарки.
Почему о ней целый роман настрочили, а обо мне ничего?
Лена сначала отвечала на ее вопросы:
– Не знаю.
Потом Вересова ей надоела, она решила открыть Свете правду.
– Тома не бегает везде, куда ее зовут. А ты приходишь даже туда, куда тебя не приглашали. Кроме того, Васильева – дизайнер интерьеров…
– Чушь! – перебила ее Света. – Знаешь хоть одного человека, кому она дом оформила?
– Это неважно, – усмехнулась Лена, – главное, она себя так позиционирует, бойко болтает о цвете стен, качестве мебели.
Еще Тамара – благотворитель, учредитель фонда, который спасает от вымирания белых носорогов. А у тебя что? Ты нигде не работаешь, милосердием не отличаешься. О чем ты можешь рассказать прессе? О новых туфлях? Сейчас модно иметь свое дело, оказывать кому-то помощь. Ты не в тренде, поэтому не жди своих снимков. Попроси Никиту, пусть издаст книгу рассказов жены. Этот жанр сейчас очень востребован. Организуешь презентацию, пригласишь корреспондентов, сообщишь, что гонорар отдашь в детдом.
Вот тогда к тебе появится интерес. И плохо, что ты всегда одна, без мужа по мероприятиям галопируешь.
– Тамарка тоже без своего денежного мешка тусит, – рассердилась Светлана.
– Верно, – согласилась Ленка, – но с ней всегда ходит Рома Злотников, секретарь. Народ догадки строит: то ли они спят вместе, то ли Ромка дела проворачивает, пока хозяйка всем улыбается. Ты же всегда одна! Типа ты убогая. Тамара появляется в разгар веселья в подходящий момент, когда народ уже собрался, папарацци всех обфоткали и пошли пожрать на халяву.
Эффектно так появляется. Журналюги пирожками давятся и к ней бросаются, Васильеву удачей считают, думали, что никого больше не увидят, а тут им такой подарок. В начале вечера им каждого снимать времени нет, боятся остальных упустить. А в конце Томка одна, ей все камеры достаются. Она полчасика туда-сюда походит, со всеми словом перекинется и убегает.
