– Зачем тогда спектакль? Девочка жива? Или умерла?
Глава тридцать девятая
– Ваши сотрудники побывали у Анатолия Борисовича Жука, – с места в карьер начал Леонов, когда мы устроились в гостиной.
– Да, – подтвердил Степан, – эксперт сообщил им, что по приказу своего начальства написал ложное заключение. Это было последнее дело Анатолия Борисовича, он собирался на пенсию, сокрушался, что не накопил на домик в деревне, куда давно мечтал переселиться. При первом взгляде на тело Светланы Вересовой Жук понял, что та выпила нечто едкое.
И вскоре выяснил: пострадавшая глотнула серной кислоты. Она без цвета и запаха, правда, обладает выраженным медно-кислым вкусом, но ваша супруга сделала всего один глоток. И, наверное, сразу поняла, что выпила нечто опасное. Далее, по предположениям Анатолия Борисовича, женщина бросилась к окну. С какой целью? Здесь можно лишь догадки строить. Она стала задыхаться, кинулась к источнику воздуха, от боли не знала куда деваться, перепутала окно с дверью… Что творилось в голове у несчастной, нам уже не узнать.
Начальник Анатолия Борисовича попросил указать в заключении, что у жены Леонова случился инсульт, она предположительно в этот момент стояла у открытого окна, которое сделано на французский манер. Ну и упала. Это несчастный случай. Сомнений в том, что Вересову никто не толкал, у эксперта не было. А вот где погибшая нашла кислоту? Это вопрос. Босс прочитал его в глазах подчиненного и объяснил:
– Тут, понимаешь, деликатное дело. Кто такой Леонов, посмотри в Википедии.
Никита Иванович нам много помогает, он дружит…
Шеф показал пальцем на потолок."
"– И вообще хороший мужик. Да, с женой ему не повезло. Она с психиатрическим диагнозом, несколько попыток суицида. За бабой тщательно смотрели, вовремя пресекали желание наглотаться таблеток или слопать яд для крыс. А тут не уследили. Если бы не падение из окна, шума не было бы, но Вересова смогла открыть раму. Никита Иванович человек известный, журналисты за новость ухватятся. Понапишут дерьма! Нальют грязи!! Придумают то, чего и не было!!! Мне мужика элементарно жалко.
Он и так с сумасшедшей натерпелся, а теперь еще пресса вдоль его забора с лаем побежит. Он тебе очень благодарен будет.
Степан посмотрел в глаза Никите.
– И вскоре вышла книга рассказов, автор Жук.
– Гонорар Анатолий Борисович такой получил, что от зависти зарыдать можно, – вставила я свое слово.
– Если уйдешь от Зарецкого ко мне, твое финансовое положение укрепится, – пообещал Никита.
