В будке возле шлагбаума дремал плотный мужчина в черной, несколько тесноватой ему униформе охранника. При виде машины Маркиза он широко зевнул, потянулся, выглянул в окошко и пробубнил заспанным голосом:
– Кто? К кому? Пропуск имеется?
Леня придал своему лицу строгое выражение и отчеканил:
– Спим на посту? Бдительность утратили? Почему пуговица не застегнута?
– Что? – переспросил охранник и машинально проверил верхнюю пуговицу форменной куртки.
– Известно что! – оборвал его Леня. – Фамилия, звание, номер полевой почты!
– Капитан запаса Свиристенко! – выпалил охранник.
– А вы, извиняюсь, кто будете и по какому поводу?"
"– Расслабились, капитан! Отвечаете не по уставу! Со старшим по званию разговариваете неподобающим образом!
– Извиняюсь, не знал…
– А должны! Подполковник Несгибайло! – Маркиз помахал перед носом охранника новеньким красивым удостоверением. У него было несколько таких удостоверений, на разные случаи жизни, и все очень хорошие, гораздо лучше настоящих.
– Внеочередная инспекция! – продолжил Леня, добавив строгости в голос.
– Проверяю наличие отсутствия и состояние готовности. Как у вас с этим вопросом?
– Всегда! – испуганно рапортовал охранник, выпучив глаза и преданно глядя на Леню. – А что – поступали сигналы?
– Насчет этого не могу сказать, капитан, – сами понимаете, информация секретная, для служебного пользования, с грифом «перед прочтением сжечь». Но вы должны безотносительно соблюдать бдительность и выполнять инструкции, как предписано уставом! А сейчас незамедлительно обеспечьте доступ на объект для исполнения мною служебных и сопутствующих обязанностей!
– Всегда! – повторил охранник, поднял шлагбаум и проводил Ленину машину растерянным взглядом.
Леня проехал на территорию поселка и медленно покатил вдоль высоких заборов, из-за которых выглядывали черепичные крыши и нарядные башенки.
Сверившись с планом, которым его снабдил Старицкий, он без труда нашел коттедж покойного Николая Львовича. Этот коттедж ничем не выделялся из общего ряда – такой же высокий глухой забор, такие же раздвижные металлические ворота, только перед этими воротами стояла немолодая женщина с растерянным лицом.
Маркиз бросил еще взгляд на соседний коттедж, тот, где жил сосед-шахматист. С виду этот дом был такой же, только забор повыше, и камера не одна, над входом, а несколько, по периметру.
«Серьезная охрана, – подумал Леня, – говорил же клиент, что сосед вроде бы удалился от дел, но человек жесткий, непростой.
