Это быстро привело меня в чувства.
— Если вам не нужны проблемы, генерал, — куда спокойнее продолжила я, — то просто забирайте меня и отпустите остальных. Уже к вечеру их поглотит дорога и они растают без следа.
Дракон высокомерно задрал подбородок. И я нутром ощутила — не уступит. Не прогнется под желание и уговоры женщины. Просто потому, что не умеет. Не привык. Считает, недостойным мужчины. Недопустимым!
— На выход, лера! — процедил он, подтверждая мои догадки. — И советую больше никогда меня не злить. Повиновение твое ВСЕ!
Я кивнула, мысленно, проклиная его.
Естественно, ни о каком подчинении и речи не шло. Но сейчас полезнее изобразить покорность. Это я умом понимала. Но... Вместо демонстрации смирения, смотрела на мужчину, прожигая его взглядом.
У меня душу выворачивало только от мысли, что я уступлю ему.
Вместо того чтобы топать на улицу, ждала его слов. Его решения... Нет, я жаждала добиться его уступок.
Этот дракон будил во мне забытые чувства. Я будто вернулась в прошлое и ощутила себя гордой лерой.
Высокомерной, знающей себе цену. Той, что дерзила наглому мальчишке, а потом плакала в подушку, потому что он не пригласит на танец.
Глядя на Ярвена, я словно видела перед собой Шима. То же нежелание уступать женщине. То же упрямство, то же чувство мужского превосходства.
— Драконы с бабами не воюют, лера, — процедил он сквозь зубы. — Мы не лерды!
— А мы не бабы! — выдохнула я.
Он прищурился, я продолжала упрямо стоять на своем.
— Генерал Ярвен... — попыталась напомнить о себе верховная жрица.
— Молчать! — сказано это было так, что я дрогнула.
Но все же не сдалась. О, нет. Воюют или нет, а мы разное слышали. И не всегда воины драконов проявляли высшее благородство. Я своими глазами видела сожжённые деревни. А там в ту пору и ящеры летали, и маги бродили. Да и не все они благородны от рождения.
Встречала ли я разбойников драконов? Да!
Дезертиров? Да!
Убийц? Да!
Пытались ли меня в подворотню таверны подвыпившие ящеры затащить? Хм... Да кто только не пытался!
Так что со всем уважением к расе драконов поверить на слово этому военачальнику я не могла.
Огромное количество огневиков из его личного отряда тоже ничем хорошим не сулили.
— Лера Фахар, мне казалось вы умнее.
— Пока я стою здесь, храм вы не спалите, генерал. Ни о чем больше не прошу. За себя не умоляю. Но выпустите женщин!
— А разве воительницы богини Яники так просто отдадут свои жизни? — он приподнял бровь.
О, я видела, что он провоцирует.
