У тебя уже такой срок! Зачем ты вообще из замка вышла?
На его лбу проступила испарина и явно не из-за моего немалого веса. Распереживался. И что-то как-то сильнее обычного.
Развернувшись, Ярвен заспешил в сторону северной калитки...
... На нас смотрели слуги и прятали улыбки. Послушницы и вовсе хихикали. А мне... А мне вдруг стало стыдно, обманула же. И не признаться теперь, а то обижу его. Пока корила себя за такое поведение и не заметила, как оказалась на нашей широкой кровати. Спешно стянув с меня ботиночки, плащ и куртку, Ярвен убрал с подушки вконец обленившуюся Лючи.
Я проследила как моя ящерка, неспешно передвигая лапками, поспешила в коридор, где ее и перехватила Дара. Да, Лючи все больше пропадала в детской и следовала за Комиром или нашей доченькой. Я не противилась этому. Пусть. Видимо, с детьми ей и веселее и кормят чаще вкусняшками.
Присев рядом со мной, Ярвен обеспокоенно всмотрелся в мои глаза.
— Отпустило уже, — пролепетала и смущено улыбнулась. — Ты слишком уж переживаешь.
— Ты единственное, что у меня есть.
Ты та, ради которой я живу. Всё, что я делаю — всё для тебя. Конечно, я страшно переживаю. Вслушиваюсь ночью в твоё милое тихое сопение и всё жду. Наверное, если мой сын не поторопится, я просто слягу от переживаний.
— Эла говорит, что всё у меня хорошо, целитель не чувствует ничего настораживающего. Дара меня постоянно держит за руку, и я чувствую, что она делится своей магией. Всё со мной будет хорошо.
Он медленно выдохнул, словно собирался с мыслями.
— Я тут подумал, Астрид.
У нас уже есть Комир и Дара. Я писал Айдану, он обещал выслать специального лекаря из перевертышей. Есть огромный шанс, что во время первого оборота его увечье можно будет убрать. Это сложно и требует много целительной магии, но возможно. Зверь способен к регенерации, в отличие от человека...
— Я знаю об этом, мы обсуждали, — мне стало понятно, что Ярвен волнуется и пытается мягко мне о чем-то сообщить, поэтому я решила ему слегка помочь: — Говори, как есть, не тяни.
Он поджал губы, но всё же негромко произнес"
"— Мне кажется, нам будет достаточно одного малыша.
Я слишком боюсь потерять тебя, Астрид. Беременность... Я сдохну под твоими дверями, слушая, как ты кричишь в муках. Я так боюсь всего этого. А ты ещё на это кладбище ходишь. А там родная мать Комира, как представлю, как эта бедняжка умерла. Мне и сына обнять хочется, и тебя от этого защитить. Комир пытается меня успокоить, но я не как вы с Хрутом, я не вижу того, что видит он...
