Да не исчезнет, но хоть столь сухим не будет. Моя ладонь скользнула ниже и остановилась возле губ.
Ярвен вздрогнул и, кажется, затаил дыхание. В его глазах запульсировали зрачки, расширились и резко сузились, превратившись в нити. На меня, не мигая, смотрел дракон. Радужку его глаз медленно заполняло багровое магическое пламя. Опомнившись, я смущенно убрала руку.
Чего это я?
Генерал не двигался. Его взгляд стал растерянным. Ранимым. И вдруг я поняла, что с таким Ярвеном Шрамом просто невозможно спорить или ругаться.
Он разоружал своей мягкостью. Мнимой, да. Но все же. Трудно поднимать меч на того, кто так робко тебе улыбается.
Вот мерзавец!
— Астрид...
— Я не твоя жена, Ярвен, — отведя взгляд, собрала мысли, разбегающиеся в голове, близость этого мужчины как-то неправильно на меня действовала. — Я не твоя избранная. Просто та, кто поможет тебе осуществить свою месть.
Облизнув губы, подавила желание отползти от него подальше. Нависая сверху, он подавлял. Смущал и не давал нормально дышать полной грудью.
— Хорошо, — он поднял мясо и вложил мне его в ладонь. — Пусть будет так, Астрид. Ты та, кто находится рядом со мной. Та, что будет в глазах других моей единственной. А сейчас ешь, не могу слышать, как бурчит у тебя в животе. Твой голод меня с ума сводит. Это невыносимо. Я прошу тебя, ешь.
— Ярвен... — я недоуменно склонила голову набок.
— Ешь, Астрид, — с нажимом повторил он. — Дочь Яники должна знать цену хорошему куску мяса.
И здесь не поспоришь. Я никогда бы не осмелилась испортить пищу.
Поднеся ко рту прожаренную немного сухую зайчатину, принялась завтракать...
...Весь день мы провели в пути. Всего несколько привалов, во время которых мужчины пичкали нас мясом. Не сопротивлялась лишь Лючи. Уничтожая свой кусок, она зорко следила за нашими. Вот только ей ничего сверх нормы не перепадало. Что жутко расстраивало ящерку.
В лагерь вернулись, когда на землю опустились легкие сумерки. Но вместо того, чтобы отнести меня в прежнюю палатку, Ярвен направился в свою.
— Куда? — выдохнула я.
— Я не совершаю ошибки дважды, женщина, — глухо, но жестко произнес он. — Теперь ты будешь жить рядом со мной, как и подобает жене. И это не обсуждается."
"— Но Ксани... — я в растерянности наблюдала, как Тагар тащит сопротивляющуюся лисицу в свое временное жилище.
— У нее свой муж, — процедил генерал. — Они разберутся и без нас.
Войдя в палатку, Ярвен бережно опустил меня на широкий, высокий, набитый соломой матрас и, вернувшись, нервно задернул полог.
