— Постойте! — врезался в общий смех голос Арлины. — Ты сказал — «убить гостя»? Неужели ты думаешь, что Дракону грозит…
— Кто знает? — пожал плечами Рифмоплет. — Конечно, грайанского короля можно держать как заложника… если рассуждать разумно. Но ведь вся страна наслышана про бешеный нрав принца Нуренаджи. Разумных действий от него ожидать… ну, как-то не очень…
— Это так, — кивнул Пилигрим. — Торговец, что новости принес, сказал: про смерть короля узнали ночью, а грайанцев отправили в тюрьму рано утром. Из постелей повытаскивали! Нуртор еще не упокоился на костре, а Нуренаджи уже вовсю хозяйничает.
— Так бы и закатил гаду в лоб! — тяжело бросил Айфер.
— Это у тебя, деревенщина, лоб, — назидательно сказала Ингила, — а у высокородного господина — чело!
— Извиняюсь… так бы и закатил в чело…
— Что ж, — обвел всех взглядом Сокол, — выходит, мое войско больше, чем я думал. И даже цирк с нами!
— Да я для такого дела на уши встану!.. — с энтузиазмом начала было Ингила, но перехватила восторженный взгляд Рифмоплета и уточнила персонально для него: — Лучше, конечно, на твои…
— Ах да, — спохватилась Арлина, — Тихоня, что ж мы про тебя забыли? Ты-то с нами? Или не хочешь рисковать?
Квадратная лохматая глыба, жарившая на палочке над огнем кусок окорока, оторвалась от своего увлекательного занятия, раздраженно дернула плечом и буркнула:
— Я — что… я — как хозяйка…
Под общий хохот Ингила расцеловала Тихоню.
— Могучее войско у нас! — восхитился Ралидж. — Грозное!
— А может стать еще грознее, — задумчиво произнес Пилигрим, подошел к раскрытому окну и позвал в ночь: — Почтеннейший Эрвар, ты не спишь? Позволь тебя побеспокоить…
Под окном что-то тяжело завозилось.
Из темноты откликнулся недовольный голос:
— А без меня — никак?
— Совершенно никак! Очень надо посоветоваться с кем-нибудь поумнее меня. А где взять таких, чтоб поумнее? Шадридаг умер… Санфир умер… Кого из гениев былого ни возьми — все умерли! Как сговорились, честное слово! Если твоя мудрая голова не поможет — ну, тогда совсем не знаю…
Мудрая голова с черным гребнем на темени показалась в проеме окна, улеглась подбородком на подоконник.
— Ну, если только посоветоваться… — В голосе дракона ясно читались нехорошие подозрения.
На миг Пилигрим потерял нить разговора: при виде гигантского чудовища у него захватило дух от искреннего восхищения. Он протянул руку, погладил жесткий черный нос, опомнился и деловито заговорил:
— Мы оказались в сложной ситуации. Сейчас объясню вкратце…
— Не надо.
