Насколько помню, у них сейчас подрастают детишки. Ползуны нас не сожрут, когда мы с их потомством знакомиться полезем.
— Пошли! Скорее!
— Что «скорее»? Мы пока туда доберемся… Это же отсюда — несколько складок…
— Придумай что-нибудь, не то убью!
— Не надо ничего придумывать, — вмешался хозяин. — Выйдете отсюда и окажетесь на берегу этой самой Тарахтелки.
— Да? — заинтересовался Керумик. — Отсюда так много выходов?
— Выход один. Но он везде, во всех складках.
Арлина ничего не поняла, зато Керумик деловито кивнул и небрежно ухватил госпожу под локоток: идем, мол! Наемница хотела одернуть наглеца, но было поздно: Волчица и этот сомнительный тип исчезли в хитросплетении огненных вспышек.
* * *Джилинер стиснул кулаки, увидев в резной деревянной раме край скалистого обрыва, заросший низкими разлапистыми деревьями, и двух путников, мужчину и женщину, осторожно пробирающихся меж стволов.
— Волчица! Опять Волчица! Поторопился я сбросить ее со счета!"
"Джилинер не бросал слова в никуда: он обращался к своему двойнику, что скрывался где-то в зеркальных слоях, терпеливо ожидая, когда можно будет всплыть наверх, показать свое лицо.
— Я-то думал — она теперь годится только с детишками возиться… а она… она…
На зеркальной глади рыжеватый парень что-то предупреждающе сказал своей спутнице и указал кончиком меча вверх, в полуоблетевшую крону. Волчица кивнула, достала из ножен меч и двинулась дальше, время от времени поглядывая наверх.
— Зачем ей понадобился Подгорный Мир? К какому Источнику Силы хочет она припасть? Как вступит в игру?.
. Нет, с ней надо скорее покончить. Немедленно, сразу отправить в Подгорный Мир Второго… Впрочем, постой! — воскликнул Ворон таким тоном, словно его двойник ринулся исполнять приказ. — Может, не придется с ней возиться. Смотри!
Под ногами у путников засверкали искорки. Их стало больше, они слились в золотую змейку. Змейка быстро выросла — и вот уже дорогу людям пересекает светящаяся тропка.
Ожидая опасности сверху, путники почти не смотрели себе под ноги. Вот они шагнули на тропу из желтого света. Остановились. Помедлили. Вдруг лица их стали каменными, застывшими. Мужчина медленно повернулся и пошел по дорожке. Женщина последовала за ним — туда, где золотистая полоса, манившая их за собой, стекала вниз, за край пропасти.
20
Утреннее солнце сидело на гребне частокола и дерзко таращилось на пробуждающийся постоялый двор.
