Когда ты снимешь этот маскарадный костюм? Если б ты кого-нибудь потеряла, я знал бы… Или у тебя завелись секреты?
— Никаких секретов, — ровно и приветливо ответила женщина. — Я надела траур по себе, по своей молодости, по своим надеждам на счастье…
— Полный бред, — скопировал молодой человек интонации собеседницы.
— Что ж, бред так бред. Считай это моей причудой… или неосторожным обетом, который я когда-то дала богам. Скоро сниму траур, уж потерпи немного… Так что хотел сказать мне мой государь?
Джангилар Меч Судьбы, король Великого Грайана, нахмурился и метко запустил в струю фонтана еще один камешек.
— Мне нужна новая столица, — сказал он твердо, всем своим видом показывая, что не потерпит возражений.
— Да? — чуть насмешливо удивилась женщина. — Чем же тебе не угодил старый добрый Тайверан?
Она откинула капюшон, прикрыла большие, темные, широко поставленные глаза и запрокинула лицо навстречу солнечным лучам.
Женщину нельзя было назвать юной, но даже враг признал бы, что она прекрасна.
Сейчас, замерев под жарким потоком солнца, позволив темному облаку волос выбиться из-под капюшона, она походила на дивной работы статую. Трудно было угадать возраст по этому великолепному лицу с правильными, соразмерными чертами. Высокий лоб говорил о незаурядном уме; черные дуги бровей с чуть приподнятыми у висков кончиками подчеркивали чистоту и белизну кожи. Безупречно гладкими были и красивые, чуть впалые щеки, и гордый прямой нос, и подбородок — твердый, энергичный, но отнюдь не грубой формы.
Четко очерченные губы в легкой улыбке чуть обнажили ровные белые зубы. Была в этой улыбке некоторая надменность, еле заметное чувство превосходства над окружающими. Такими, должно быть, представляли себе богинь язычники в Темные Времена."
"Будь этот лик создан из мрамора, он прославил бы ваятеля. Но эти же черты живого, не мраморного лица производили странное, тревожное впечатление и скорее отталкивали, чем притягивали мужчин.
Пантера тоже прекрасна, но мало у кого возникнет желание почесать ее за ушком…
— Тайверан — всего лишь историческая реликвия, памятник древности! — говорил тем временем король, устремив задумчивый взгляд мимо красавицы. — Подумаешь, там короновался Лаогран Полночный Гром…
— И все его потомки, — мягко напомнила женщина, не открывая глаз.
