И ничего удивительного! Тебе ведь не нужно пытаться ещё и отстаивать свой статус! Ты же у нас альфа-самец, к которому никто сунуться попросту не отважится. А ты можешь представить, каково мне с этим моим прорывом пришлось? Можешь представить, как все пытаются…
Он осёкся и заморгал. Только сейчас, видимо, сообразил, что из него вольным потоком полилось самое сокровенное.
Господи, чего я ещё не знала о собственном муже?..
Он ведь никогда, ни-ког-да не заикался о том, что у него такие проблемы.
Да, конечно, упоминал, что с расширением практики и сети клиник приходится очень непросто. Но я почему-то всегда была свято уверена, что речь идёт скорее об организационных вопросах. Он стал знаменит, востребован, обзавёлся широким кругом знакомств в профессиональной среде и не только. Времени на всё катастрофически не хватало…
Но ведь не о тайм-менеджменте сейчас речь, верно ведь?..
Выходит, он не считал нужным посвящать меня в свои сложности.
Я никогда не была его тылом, человеком, которому можно было излить свои печали, да просто по-человечески на что-то посетовать и пожаловаться.
Мы будто всё это время жили в разных мирах.
Непостижимо…
— Вероятно, я тоже доставляла тебе массу проблем и неудобств, — услышала я собственный надломленный голос.
Сама не заметила, как заговорила. Просто в какой-то момент мои мысли свободно перетекли на язык, сами запросились наружу.
Держать их внутри становилось больно до невыносимости.
— Нина, с чего ты взяла? Откуда такие идиотские выводы? — устало проговорил Егор, не обращая внимания на испепелявшую его взглядом любовницу.
— Они — прямое следствие твоих слов, — я подняла глаза на Муратова-старшего. — Александр, вы были правы. Эта ночь стала ночью настоящих сюрпризов…
К великому сожалению, далеко не таких, каких ждёшь в любую другую новогоднюю ночь.
—Нина, — вернул моё внимание муж.
— Нина, нам нужно поговорить.
— Да неужели? — вырвался у меня истеричный смешок. — Знаешь, Егор, ещё несколько дней назад, я, может быть, тоже так посчитала бы. Я, может, тогда ещё верила, что разговорами тут можно что-то решить, но после этого…
Я махнула отяжелевшей рукой в сторону Синицыной и беспомощно замолчала.
Синицыну мой жест, представьте себе, оскорбил. Она так и сверкнула глазами.
