– Ты меня пугаешь, дочка. Что случилось?
– Врач мне не разрешает нервничать. Пожалуйста, давай поговорим о чем-нибудь другом. Лучше расскажи, как съездили. Какие новости и Марата. Такое ощущение, что мы не созванивались вечность! Я так соскучилась. Как я рада, что вы вернулись.
– Я тоже, рада, дочка. На сердце было неспокойно, как чувствовала. Нам все равно придется об этом поговорить, Ромина. Только не глупи, ладно? Не думай о плохом. Алекс тебя очень любит. Как он смотрит на сына! Он счастлив. Все остальное – мелочи, понимаешь?
– Прошу тебя…
– Ладно, детка, – вздыхает и переключается на рассказ про Марата.
Увы, эта тема тоже не обходится без упоминания Оболенского. – Ты же понимаешь, что твой брат был бы в катастрофическом положении, если бы не Алекс. Он так помогает нам! Обследования, операции стоят немыслимых денег. Даже подсчитать страшно. Главное – у нас пошла положительная динамика, Марат хорошо отвечает на лечение. Ты должна уяснить, Ромина, что без Алекса у твоего брата не будет шансов! Никаких! Поэтому, будь разумной и мудрой, доченька.
Разве о многом прошу тебя?
Что на это я могла ответить? Только сцепить зубы и продолжать терпеть. Забота Оболенского, его внимательность, лишь распаляли мою обиду. Желание уколоть его в ответ, отомстить. Как же сложно все держать внутри!"
"– Я так рада тебя видеть, – обнимаю Олю.
Несколько раз она навещала меня, еще в больнице. Очень поддержала, я была в полностью разобранном состоянии. Боль, страхи за малыша, чувство бесконечного одиночества. Кто бы мог подумать, что практически посторонний человек так быстро станет мне близким.
– Я тоже! Ну, где наш красавчик? Не терпится посмотреть.
– Артур спит, давай пока попьем чайку? – слабо улыбаюсь. – Нам накрыли в зимнем саду.
– С удовольствием, я только со смены.
– Голодная? Скажу, чтобы Мария принесла что-то посущественнее тостов.
– Да ну, мне хватит! Не смущай, пожалуйста. Рассказывай лучше, как ты?
– Потихонечку. Главное, с Артуром все хорошо. Остальное неважно.
– Ты не должна забывать о себе, Ромина.
Все еще собираешься сбежать от мужа?
– Все очень сложно…
– Да, я понимаю. Прости меня, пожалуйста, за этот вопрос, – разу тушуется Оля. – Тебе наверняка сейчас не до этого.
– Даже не представляешь, насколько все сложно, – улыбаюсь грустной улыбкой. – Чувствую себя мошкой в липкой паутине. Я даже консультировалась с подругой-юристом. После разговора с ней все стало еще запутаннее.
– Мне так жаль, – грустно вздыхает Оля. – Через месяц я уезжаю.
