От знакомого парфюма, близости мужчины, которого все еще люблю, но в то же время ненавижу за предательство, начинает щипать в носу. Всхлипываю.
– Я звонил врачу из машины. Она сказала, вы вне опасности.
– Да. Все хорошо, – всхлипываю.
– Я очень испугался.
– Не нужно было так срываться…
– Разве я мог поступить иначе?
Он кажется таким преданным, любящим. Я уже готова подумать, что ошиблась. Что в той квартире видела не своего мужа…
Глава 10
– Ромина, привет! Как я рада, что ты позвонила! Как у тебя дела?
Безумно приятно, что случайная знакомая, с которой мы обменялись телефонами, сразу меня вспомнила.
– Привет, я боялась, что ты меня не вспомнишь.
– Ну что ты, разве можно забыть такое знакомство?
И правда, это было странно. Для меня очень важна эта девушка. Не знаю, что было бы со мной, если бы она не поддержала в ту ужасную минуту.
– Я все думала, как у тебя дела, но сама звонить не решалась. Боялась испортить ситуацию. Решила, что если ты захочешь, то сама наберешь. Как ты? Как дела с мужем? Ты ведь не ушла от него? Хотя-бы рассказала ему все?
– Нет, пока не смогла…
Меня выписали из больницы на следующий день, после того как Алекс примчался.
Вообще Анна Георгиевна советовала мне остаться в клинике до родов, но мне вдруг отчаянно захотелось домой. В больнице было безумно одиноко.
Алекс не стал спорить. Спросила мужа, когда он снова вылетает на переговоры, на что получила ответ – в ближайшие два-три месяца муж никуда ездить не намерен. Будет рядом.
Ответ меня ошеломил. Почему муж так заботлив, внимателен? Чувствует свою вину? Очень переживает за ребенка? Если он больше не любит меня, то почему такой?
Нет, я не собиралась внушать себе, что мне показалось и в той квартире я видела лишь похожего на мужа чужого мужчину. Я в здравом уме. Да, Оболенский не смотрел прямо на меня, но я видела его профиль. Родинку за ухом, стрижка, хриплый голос, произнесший непристойное слово.
Даже ни на секунду не собираюсь впадать в самообман! Этого не будет!
Неважно, насколько чувствую себя беззащитной, уязвимой.
Прятаться в заблуждениях я не стану.
– Главное, делай так, как будет лучше для ребенка, Ромина.
– Ты можешь приехать? Мне очень одиноко, – вырывается у меня.
– Да, конечно. Во сколько?
Мне становится неловко. По сути эта девушка – абсолютно посторонний человек, а я прошу ее побыть со мной, словно мы лучшие подруги.
– Извини меня пожалуйста, я даже не спросила, есть ли у тебя свои дела.
