Спустившись к ужину и усевшись за стол, я честно держала себя в руках. Я была весела и приветлива — шутила с Рэймом и Вангортом, улыбалась приглашённым гвардейцам. Слушала разговоры, задавала вопросы, опять-таки шутила. Одновременно с этим, отодвигала от мужа запрещённые в его ситуации блюда. Увы, но ближайшие несколько дней Грею положен лишь солёный бульон.
Он устроил большой ужин, и я не очень-то понимала зачем ему, вынужденному соблюдать диету, это искушение.
Вернее понимала, но… В общем, с одной стороны правильно, с подданными нужно общаться, а с другой, этот ломящийся стол — самоистязание чистой воды.
Но Грею видней. Он большой мальчик, сам всё знает, а остальное не важно.
Всё хорошо, вот что главное.
Всё хорошо!
Здесь и сейчас я была беззаботна, но муж заметил. После ужина, провожая меня в покои, Грей спросил напрямик.
— Ариадна, что?
Я подарила невинный взгляд и изобразила непонимание, а он…
— Что беспокоит мою леди?
— Ничего, — выдохнула я, опять-таки беззаботно, но Морвель не повёлся.
— Прекрати, — сказал мягко. — Я знаю все твои ужимки. Что случилось?
Я подумала и, учитывая все обстоятельства, предложила разумный вариант:
— Грей, давай обсудим позже?
Муж упрямо мотнул головой. Он прихватил за локоть и заставил остановиться.
— Давай, счастье моё. Говори.
Счастье? Ох, опять мы играем в это… Ну, ладно.
— Любимый муж, прямо сейчас этот разговор неуместен, но если ты настаиваешь, то я, конечно, скажу. У меня есть одна небольшая, но важная просьба.
Морвель посмотрел заинтигованно, а я собрала все силы, какие только были.
Сгребла в кучку всё присущее боевым магам безрассудство. И объяснила, сделав глубокий вдох:
— Я хочу консумировать брак.
25.4
Грей застыл, уставился ошалело. Выглядел при этом так, словно его огрели по голове.
Долгая пауза, и муж выдал:
— Мм-м… а почему?
Тут было уже проще — объяснение, в отличие от самой просьбы, не являлось постыдным.
— Боюсь, Грей. Прошло столько времени, а из дома ни одной весточки. Все родственники, даже мама, молчат.
Вздох, и я продолжила:
— Я не верю, что им плевать. Зная отчима, понимая кто такой Фарми, я жду подвоха, поэтому и хочу себя, то есть нас, обезопасить. Чтобы всё было абсолютно законно. Чтобы никто не смог оспорить этот брак.
Морвель медленно кивнул.
Ну а я спохватилась. Мы же оба понимали, что наш союз — фикция? Что пройдёт какое-то время и мы, к обоюдному удовольствию, разведёмся? Я не собиралась быть герцогиней, на имущество и прочее не претендовала.
