Никто не может сказать, что Станислав Кшестинский когда-либо отступался от своего слова. Вот, держи, – с этими словами он протянул Мишке три рубля. – И гитару себе оставь. Ты с ней ловчее управляешься, чем мы тут все вместе взятые.
– Благодарствую, – коротко поклонился Мишка, убирая полученную трешку.
– Поехали, – скомандовал офицер, и кучер тряхнул поводьями."
"«А вечер-то удался, – усмехнулся про себя Мишка, хрустя в кармане ассигнациями. – Вот уж не думал, что умудрюсь так на ровном месте заработать. Пятерку тетке на хозяйство, на остальное себе боеприпасы прикуплю.
А на остаток опять в булочную наведаюсь».
Добравшись до дому, он с порога рассказал тетке о своем приключении, под конец сделав несколько переборов. Слушая его, Глафира только головой удивленно качала. Потом, вздохнув, растерянно протянула:
– Не знаю, что и сказать, Мишенька. Как же такое быть-то может? Ты ж раньше гитару эту и в глаза не видывал.
– Как не видывал? А на ярмарке? – быстро нашелся парень. – Там мужик какой-то в балагане играл.
Точно помню.
– А ведь и вправду было, – подумав, радостно закивала тетка. – Так неужто ты, разок на него поглядев, запомнил, как играть?
– Выходит, так, – пожал Мишка плечами, почесывая в затылке. – Только ты это, мама Глаша, не говори пока никому. Я сначала сам во всем разобраться хочу. А то начнут дергать да по докторам таскать. Вот, лучше деньги прибери. Три рубля – жалованье от полиции, как мастеру-оружейнику. Урядник лично ведомость приносил и сам выдал. А два рубля от того офицера.
Рубль я себе на боеприпас оставлю. Снег скоро. Нужно к выходу готовиться.
– Да бог с тобой, Мишенька. Как решишь, так оно и станет, – засуетилась Глафира.
Пустых гильз у парня в сундуке осталось всего два десятка. Доступ к свинцу и пороху у него был свободный, а вот капсюли придется докупать. К тому же в сезон боеприпасы будут разлетаться так, что только успевай патроны снаряжать. Ко всему прочему ему еще предстоял поход к хантам. Нужно было покупать щенков. Без собак охотник в тайге и не охотник считай.
Тетка, убрав деньги, принялась накрывать на стол. Привычная уже каша, хлеб и кружка молока. Поужинав, парень задумчиво посмотрел на случайно полученную гитару и, вздохнув, понес ее в дальний угол. Светить таким инструментом он пока не собирался. Особенно перед урядником. Уж больно умным и внимательным оказался этот толстяк. Пока отношения у них складывались хорошие, и портить их Мишка не собирался. Во всяком случае, специально.
