Увидев его, тётка испуганно ойкнула и тут же повалилась на колени. Настя отстала от неё буквально на пару секунд.
Вздохнув, Мишка пересадил Танюшку поудобнее и, откашлявшись, устало велел:
– Встаньте уже. Чего уж теперь-то.
– Прости, Мишенька! – взвыла тётка не хуже пароходной сирены.
– Не голоси, мама Глаша, – скривился парень. – Чем полы подолами мести, лучше бы на стол собрали. Есть охота.
– Ой, я сейчас, Миша, – подскочила Настя ошпаренной кошкой.
Спустя пять минут стол буквально ломился от разносолов. Женщины и вправду постарались.
Даже штофик с водкой выставить рискнули. Укоризненно посмотрев на спиртное, Мишка перешёл к столу и, усадив Танюшку рядом с собой, проворчал, глядя на стоящих в сторонке женщин:
– Садитесь к столу. Нечего стенки подпирать. И без вас не упадут.
– Миша, ну, не сердись, – тихо попросила Настя, погладив его по руке.
– Да не сержусь я, – вздохнул парень. – Это поначалу готов был плетью шкуры с обеих спустить. А теперь… – он замолчал, растерянно махнув рукой. – Ну когда вы поймёте, что я ничего просто так не говорю? – не удержавшись, спросил он.
– Так думали, забылось всё уже, – растерянно призналась Глафира.
– Такие дела просто так не забываются, – снова вздохнул Мишка, подвигая к себе миску со щами.
Поев, а точнее, объевшись до сонной одури, но так и не притронувшись к водке, он отвалился от стола, сыто отдуваясь.
– А как было-то всё, сынок? – осторожно спросила тётка, не сдержав любопытства.
– Повезло, что пластуны те места как свой кисет знают. Обошли короткой дорогой да переняли, до того как похитители с основной бандой сошлись.
Ну, а после уже и до самой банды добрались.
– Господи, зачем же рисковать так было? – охнула тётка.
– А затем, что не успели бы мы уйти, – вяло огрызнулся Мишка. – Догнали бы нас. А так по частям их одолели.
– Выходит, и вправду тебя достать хотели? – испуганно спросила Настя.
– Угу. Да только желающего я лично в контрразведку спровадил. Уж там его быстро до донышка вывернут, – злорадно пообещал парень. – Забыли, сволочи, что война идёт.
А в военное время такие шутки даром не проходят.
– И чего они к тебе привязались? – растерянно спросила Глафира.
– Изобретатель потому что. А иностранцам такие люди нужны. Умыкнут и заставят на себя работать. Навроде раба.
– Господи спаси! – перекрестилась тётка. – А с ребёнком как же? – кивнула она на уплетающую пирог с ягодой Танюшку.
– А чего церемониться, когда уже спеленали? – пожал парень плечами. – Там бы и продали, кто больше даст.
