– Я принесу.
Вот и верь людям после этого: Алексей утверждал, что этот тип способен выбросить женщину в окно, а у меня такое чувство, что он всю сознательную жизнь трудился братом милосердия. Прямо хоть сейчас отправляй с миссией Красного Креста. Тагаев вернулся из кухни с чашкой чая в руках, протянул ее мне, сам устроился рядом. Мне пришлось сдвинуться, дабы он расположился с удобствами. Я подтянула колени к животу, отхлебнула из чашки. Он смотрел на меня то ли с любопытством, то ли с тщательно скрываемой усмешкой, потом вдруг спросил:
– Почему ты мне помогаешь?
– Хочу найти убийц или убийцу.
А ты что подумал?
– Я много чего думаю… У тебя по всему телу шрамы…
– Надо же, разглядел, – фыркнула я. – Нет бы моим загаром любовался.
– Там есть чем любоваться и без загара. Тебя что, на куски резали? – По неведомой причине его это очень интересовало.
– Сильно сказано… Скорее, пугали.
– И что?
– Ты же видел: остались шрамы.
Он улыбнулся, взял у меня из рук пустую чашку, поставил на пол и очень затейливо сформулировал вопрос:
– Кто ты вообще, а?
– Это просто, – разозлилась я.
– Девочка на “Феррари”, в костюме за полштуки баксов, которую…
Он не дал мне договорить, привлек к себе и поцеловал. И, разумеется, этим не ограничился. Я вполне могла заехать ему в ухо, что неоднократно проделывала в подобных ситуациях, а он в отместку мог выбросить меня в окно. Это не страшно, раз первый этаж. В любом случае это нельзя будет назвать романтическим вечером. А еще я могла его обнять и позволить продолжить.
Что, собственно, мешает? Ничего. Очень печально звучит, но в самом деле ничего. Нет у меня человека, которому стоило хранить верность или которому это было бы нужно.
Через несколько минут я лишь укрепилась в этой мысля, а потом все это попросту перестало иметь значение. Какой-то умник сказал, что после пережитой опасности людей тянет размножаться, природа требует: надо продолжить род. Вот Тагаева и разбирает, меня, кстати, тоже. Природа мудра, ее слушать надо.
Конечно, не худо бы поразмышлять на тему: а не было ли с его стороны это вполне трезвым расчетом, желанием привязать к себе девушку, романтичную и несмышленую до такой степени, что она вдруг поверит во внезапно вспыхнувшую страсть и даже любовь с большой буквы. Не знаю, как насчет поверить, выслушать его я была готова и даже придумала несколько шуток, которые пришлось в конце концов отправить на доработку, но моя готовность осталась невостребованной.
