Я по-прежнему ничего не видела и надеялась на то, что у Тагаева глаза действительно какие-то особенные.
Если и была за нами погоня, то, наверное, отстала. Я напряженно вслушивалась, но шагов не различала, только странный шорох, может, это был шум улицы, но он меня нервировал. Не знаю, как долго мы шли в темноте, пока наконец не уперлись в стену.
– Тупик, – тихо сказал Тагаев и начал медленно двигаться вдоль стены. – Лестницы нет, значит, и выхода нет.
– Знать бы, что придется бродить здесь, прихватила бы фонарик.
– У меня есть зажигалка, – сообщил он.
– Чего ж не воспользуешься?
– Надолго ее не хватит, значит, на крайний случай. К тому же огонь могут увидеть.
– Думаешь, они нас ищут?
– Вряд ли. Но лучше немного переждать, чтобы не столкнуться с ними в темноте.
– Пережидать здесь будем?
– Ты устала?
– Нет. Просто ничего не вижу, а это раздражает. Вот уж не думала, что здесь такие катакомбы.
– Мы под старым городом, и канализация тоже старая.
– Мне говорили, ты оружие не носишь, – не удержалась я.
– Времена меняются, – философски ответил он, опустился на корточки, и я пристроилась по соседству. Рядом что-то продолжало шуршать и вроде бы даже двигаться, в темноте, как известно, все пугает, и я прислушивалась с удвоенным рвением.
– Ты можешь сесть мне на плечи, – вдруг предложил Тагаев.
– Зачем? – не поняла я.
– Ну… так…
Тут что-то коснулось моей руки, я хотела заорать, но наконец-то поняла, что это за копошение у моих ног.
– Крысы, – сказала я с усмешкой.
– Вот черт, а я-то перепугалась.
– Ты редкая женщина, – заметил он. – Обычно девицы падают в обморок.
– Как-то не хочется. Боюсь, их здесь сотни. Ты поэтому и не воспользовался зажигалкой?
– Точно. Не хотел тебя пугать.
– Нам просто повезло, или ты знал об этом люке?
– Помнил. Это мой район, я здесь вырос. Как-то в детстве мы решили устроить поход и забрались в такой же колодец.
– Ну и как?
– Надолго нас не хватило.
Теперь твари шастали по ногам совершенно нахально.
– Может, все таки пойдем? – не выдержала я.
– Хорошо, – согласился он и поднялся.
Обратная дорога показалась мне значительно длиннее. Тагаев что-то бормотал под нос, я прислушалась и поняла, что он считает, шаги, должно быть. Замер, ощупал стену, и мы свернули направо.
– Дышать совершенно нечем, – пожаловалась я.
– Потерпи.
– А я что делаю?
Вскоре выяснилось, что мы сбились с пути, потому что впереди тоже был тупик.
