– А с мордой его что?
– В смысле что?
– Царапины. Свежие, – блин!
– Ой, это он с котенком у соседки играл. Тот маленький, силу не рассчитывает, а дядя Федя он же не очень понимает, когда надо остановиться. Ну и заигрался, в общем.
– Ну ты же не извиниться пришла. Это так, по ходу дела. Что тебе надо, Лиз?
Выпаливаю для чего мы сюда пришли, на ходу придумав слезливую историю о том, что у Корепанова есть информация по супер доктору, способному вылечить «дядю Федю из Лобка».
– После того, как я пойду, по сути, на преступление и достану тебе его вещи, ты снова ускачешь со своим имбецилом? Ах нет, я забыл, сначала он мне двинет куда? В нос?
– Ну, Леш, это случайность.
Человек болен. Но в данный момент он не агрессивен. Ты посмотри на него? Он безобидный сейчас, – синхронно переводим на Федю взгляды. Этот гад, как назло, смотрит на нас так, как когда-то в лесу. Не знала бы, какой он в реале, обделалась бы сейчас от страха. – Я не могу его оставить одного. Пока не найду опекуна и имя того золотого доктора, я и на свидание не могу с тобой сходить.
– Нет, Лиза. Я не буду доставать вещи Корепанова, максимум, в чем я могу тебе помочь – договориться с реанимацией. И то, только после совместного обеда здесь и сейчас и под расписку о будущем свидании.
– Договорились, – демонстрирую ему обворожительную улыбку.
– Давай дебила твоего порадуем.
– В смысле?
– Ну ты же не можешь оставить его одного, пойдем туда, где есть детская комната.
Не знаю кого как, а меня поход в «Макдональдс» радует на все сто. Позволяю я его себе, мягко говоря, редко. Чувствую себя счастливым ребенком, когда мы заходим внутрь.
– Давай его сразу в детскую комнату? – на Лешино высказывание Неповторимый сразу же хватает меня за руку.
– Леш, он не хочет.
– Федя, там хорошо. Там игрушки. Машинки, – по слогам произносит пока еще живой Алексей. Ой, блин, сейчас кое-кто даст ему в нос.
Но, на мое счастье, Федор отпускает мою руку, обходит нас и садится за ближайший свободный столик.
Фух, пронесло.
Я заказываю полный набор обжоры, напрочь позабыв о Неповторимом. Благо Алексей о нем помнит и заказывает ему хэппи мил. Ясно зрячий при виде такого набора, в отличие от меня, не испытывает счастья. Вид у него, когда я достаю из набора машинку, действительно странный, вполне себе смахивает на умалишенного.
Мы принимаемся за еду, параллельно болтаем, вспоминая нашу первую встречу.
