– Надо найти дочь Виктора, и, возможно, мать его дочери. Помнишь, ту с ярким платком и каблуками. Может, это и есть дочь или бывшая.
– Может. Обязательно найдем, но не все сразу.
– А если ни этот Корепанов, ни дочка, ни бывшая его не убивали и не крали эту важную вещичку, что тогда?
– Тогда превратим тебя в блондинку и придется тебе тесно пообщаться с Кротовым. Войти к нему в доверие, придумать какую-нибудь легенду, аля ты целка и не даешь до свадьбы. В нужный момент его одурманишь и добудешь информацию. Он хоть и тот еще гондон, но к девушке, которая похожа на его погибшую жену, будет относиться неплохо.
Тут уже успех дела будет зависеть от твоих актерских талантов. Но давай об этом не будем сейчас. На чем мы там остановились? Ах да, точно. Секс, – вот уж чего не ожидала, так это того, что Федор вздумает продолжить начатое. Отталкиваю его ладонью в грудь.
– Даже не думай. Только после свадьбы.
– Фамилия за секс? – не сдерживая смеха, выдает эта наглая морда. – А не жирно ли тебе, деточка?
– В самый раз.
Встаю с пола и выпрямляюсь во весь рост, и в этот момент Федор тоже встает с места, давя на меня своим ростом.
– Давай в камень, ножницы, бумага. Если я выиграю – ты меня удовлетворяешь. Если ты – я тебя.
– Нет.
– Я настаиваю.
– Я не шучу. Секс только после свадьбы, – конечно, лукавлю, но ему это знать необязательно.
– Бабуля не позволяет?
– Ну почему же, позволяет. Лешеньку мне активно сватает. Только я любви хочу, а не ваши генитальные дружбы.
– Иногда я не понимаю всерьез ты несешь пургу или шутишь.
– Сейчас не шучу. Я же девственница, а они, как известно, с особенностями.
За все наше недолгое знакомство я ни разу не видела, чтобы он так смеялся. Несмотря на то, что улыбка ему идет, сейчас мне хочется дать ему в нос. Он же насмехается надо мной.
– Ты мне не веришь?
– Верю, верю.
– Хухрой твоей клянусь.
– Ну раз не хочешь трахаться, иди спать, Элизабет.
– С удовольствием.
Только я хочу выйти из его спальни, как понимаю, что дверь по-прежнему закрыта.
– Я имел в виду со мной спать, – хлопает по кровати, не скрывая улыбки.
– Глядишь к утру девственность рассосется, и мы сдружимся генитально. Давай, давай, ложись, Элизабет."
"Наверное, на моем месте стоило настоять на отдельной комнате, но почему-то я без раздумий залезаю в кровать. А вот Неповторимый, судя по звуку открываемой двери, выходит из спальни, закрыв в очередной раз замок. Для сна еще слишком рано. Я не раздумывая включаю телевизор, и погружаюсь в фильм.
