Теоретически, я бы мог тебя отпустить, но проблема в том, что твой паспорт первым нашел не я. Твою фамилию сложно забыть, тебя пробьют на раз-два. Точнее, уже это сделали. Ты свидетель, как и твоя подружка. А свидетелей в живых не оставляют. С вами никто не будет церемониться. И если еще вчера я мог им сказать, что беру тебя себе в качестве любовницы, то теперь это бессмысленно. Нас раскрыли.
– Это поэтому мы пересаживались в другую машину и так быстро убегали?
– Да.
– Откуда у тебя такой дом?
– Он не мой, я что, по-твоему, совсем дебил, притащить нас в мой дом.
– Это риторический вопрос?
– Ты сейчас получишь в нос. Об одном можешь не переживать. Родственнице твоей не навредят. Как я понимаю, кроме бабки у тебя никого нет. И она в Шо. А это равноценно жо.
– Шо?
– Жо. Жопе мира, куда не едет ни один автобус. Ее просто не найдут там. Максимум что узнают, это то, что вышла в Витебске.
– А твои?
– Что мои?
– Твои родственники не пострадали?
– Я и Вася – детдомовские.
– Ясно. И что будет с нами дальше?
– По сути, мы в одной лодке.
На данном этапе на свободе ни тебя, ни твою подружку не ждет ничего хорошего. Поэтому в твоих интересах тоже найти флешку или добыть информацию другим путем.
– И что будет после того, как мы найдем эту информацию?
– Я обелю свое имя, разворошу осиновое гнездо и все будет прекрасно, – как-то грустно усмехаясь произносит Федор. – Ну это при условии, что твоя подружка не грохнула Витю. Сейчас мне все равно кто это сделал, но после того, как я найду инфу, придется найти убийцу.
– Ну ты же потом расскажешь, что это мы закопали труп. А за это нам точно дадут срок. Я так не играю.
– Не бойся, разрулим. Это сейчас не самое страшное, поверь мне.
– А сколько дают за сокрытие трупа?
– Нисколько.
– Ну врешь же сейчас.
– Немного дадут. Даже не успеешь сшить за решеткой свадебное платье. Максимум обдумаешь, где гульнуть свадебку. И вообще отделаешься исправительными работами. Не ссы.
– Я замуж, Федор Михалыч, не стремлюсь. Подожди, а зачем ты держишь Люсю в подвале? Это как-то не по-человечески.
Тем более в свете раскрывшихся обстоятельств.
– Лиз, давай откровенно, даже ты понимаешь, что она врет. И то, что твоя подружка, после весьма неприятных процедур, не сказала мне ничего, вызывает большие сомнения. Другой бы уже хоть что-нибудь ляпнул. Пока она погостит по-прежнему в подвале. Тем более там вполне неплохие условия. Ты остаешься завтра здесь за главную, вместе со своей подружкой, мы уедем искать Вениамина.
