— Кофе есть?
Радость затопляет меня по глаза, брызжет изо рта торопливыми словами. Так просто Булат говорит о том, что хочет подняться ко мне в квартиру и провести в ней какое-то время.
— Сваренный в турке подойдет? Есть растворимый, но ты такой не любишь.
— В турке подойдет. Скоро буду.
Булат приезжает ко мне через полчаса. Как, оказывается, много можно успеть сделать за это время: заправить кровать, помыть и высушить голову, приготовить кофе, дважды почистить зеркала в ванной и прихожей. Я не рассчитываю, что моя маленькая съемная квартирка его сильно впечатлит — для меня важно другое.
Булат должен видеть, что я живу достойно.
— Третий этаж, — подсказываю я в домофон. — Тридцать четвертая квартира."
"Знаю ведь, что через пару минут его увижу, и все равно удивляюсь, когда Булат переступает порог. Высокий, красивый, в неизменном костюме. Смотрит на меня, здоровается и лишь потом оглядывается по сторонам.
Я испытываю странное удовольствие оттого, как его глаза неспешно скользят по стенам, задевают вешалку с одеждой и окидывают гостинный проем.
Потому что он смотрит так, будто ему действительно интересно, как я живу, и совсем не все равно.
— Обувь придется снять, — не в силах спрятать улыбку, я указываю глазами на идеально черные носы его ботинок.
На секунду в глазах Булата проносится непонимание, но затем он с усмешкой кивает.
— Ты здесь хозяйка.
Он скидывает туфли, наклонившись, треплет по голове Банди, застывшего в ожидании ласки, и снова называет его «хороший бой».
Мне странно, невероятно, волнительно.
Думала ли я когда-нибудь, что буду принимать Булата у себя в квартире и даже навязывать ему собственные правила? Нет, никогда.
Приглашение сесть и прочие условности гостеприимства оказываются лишними: Булат оценивающе пробегается взглядом по кухонному гарнитуру, горшку с цветком, стоящему на подоконнике, и сам выдвигает стул. Меня окутывает ностальгией: кухня, мы вдвоем и кофе.
— У тебя дела в Подмосковье?
— Да. Там строительство сейчас идет, — Булат придвигает к себе чашку и фокусируется на моем лице: — Как у тебя дела?
Понятия не имею, как ему это удается — спросить так много, произнеся минимум слов.
Я знаю, что он спрашивает про Антона, про мое настроение и знаю, что с его стороны это не дань вежливости и не праздное любопытство. Он хочет, чтобы я рассказала ему все.
Я занимаю противоположный стул и делаю осторожный глоток кофе. Получился крепким, но Булат как раз такой и любит.
— У меня… нормально, наверное. Сейчас лучше.
