Антон останавливает автомобиль возле колонки и выходит, но через несколько секунд снова открывает дверь. Его лицо выглядит смущенным.
— Тай, я бумажник, оказывается, не взял. Есть наличка?
— Конечно, — выпаливаю я и торопливо лезу в сумку. Не хочу продлять его дискомфорт, хочу показать, что все в порядке. Антон и так всегда и везде за меня платит. — Сколько нужно?
— Дай две.
Антон забирает купюры и удаляется, оставив меня разглядывать раздвижные двери заправки. Тревога во мне растет. Антон всегда оплачивает покупки телефоном.
Для чего ему бумажник?
**********
— Ты не против Киллиана Мерфи? — я ставлю на журнальный стол тарелку с порезанными бутербродами и открываю крышку ноутбука. — Мне посоветовали триллер с ним."
"Я не слишком этот жанр — регулярно вздрагиваю от пугающих сцен, усиливаемых музыкальным сопровождением, и после тяжело засыпаю — но триллеры нравятся Антону, а моя сегодняшняя цель — его расслабить и взбодрить.
Он соглашается, после чего я занимаю место рядом с ним и сплетаю наши пальцы.
Сейчас этот жест продиктован отнюдь не желанием близости, а намерением продемонстрировать свою поддержку и то, что он может мне доверять.
Антон опускает взгляд, вздыхает, а потом неожиданно сползает вниз и кладет голову мне на колени. Его утяжелившееся дыхание нагревает кожу через хлопок моих домашних штанов, взгляд устремлен в одну точку.
— Расскажи мне, — я осторожно провожу рукой по его волосам. Сочувствие и волнение мучают меня, распирают грудь. Я отчаянно хочу помочь.
— Я проиграл до хуя денег. Там были и рабочие, на откаты. Если не отыграю — подставлю людей и отца.
Я растерянно моргаю. Проиграл много денег? Подставит людей? И...хочет отыграться? Я понятия не имела, что все настолько плохо.
— Тебе надо остановиться. Это опасно… Ты ведь можешь и не отыграться.
— Хоть ты не читай мне лекций, Тай, — тихо произносит Антон. — Ты не слышишь меня, что ли? Мне надо.
Я впервые чувствую себя настолько беспомощной. Словно смотрю сквозь стекло, как на близкого человека мчит поезд и ничего не могу исправить.
Можно кричать, но стекло настолько толстое, что он не слышит.
Что мне делать? Поговорить с Сергеем Львовичем и рассказать о проблемах Антона? Но ведь он мне доверяет и может не простить. Имею ли я право решать за него?
Я перевожу взгляд на экран ноутбука, где ирландский актер блестяще отыгрывает роль террориста, и ощущаю, как стремительно разгоняется сердце. Потому что в эту секунду я все решила. Я пойду к нему.
