Хорошо, что к этом моменту никто не танцевал, выдыхая перед очередным кругом, а то она бы точно запнулась и распласталась прямо тут.
– Столько лет прошло, а ничего не меняется.
Ты все так же не слышишь музыку и не проживаешь ее. Хорошо, у тебя хоть парень умеет двигаться, а то была бы катастрофа. – Она подошла ближе и, похлопав Хитклиффа по плечу, произнесла: – Жаль, что тебе приходится танцевать с бревном.
Если хочешь, мы поменяем партнершу.
– Спасибо, – ответил Хитклифф.
Кэтрин не видела выражения его лица, потому что сверлила глазами пол.
Но она и не хотела видеть. Может, оно и к лучшему, если будет так.
Может, кто‑то из футболистов снова сломает ногу, Хитклифф его заменит, а ее избавят от необходимости участвовать в подготовке этого глупого танца. Но парень вдруг произнес:
– Я не хочу другую, – а потом добавил: – Другую партнершу. Меня все устраивает.
Так и не поднимая взгляда, Кэт боковым зрением видела, как миссис Шнайдер покачала головой.
Она знала, его решение – вопрос времени.
И эта старая кошелка его добьет. То ли он был глуп, то ли просто самоуверен, что не понимал провальности затеи, но, признаться, это подкупало. До того момента, когда она начинала думать, насколько хватит его запала и после чего именно он наконец сдастся.
– Еще раз. Последний! На этот раз с музыкой! – провозгласила миссис Ш. – Сегодня под магнитофон, а на балу попросим сыграть мисс Престон. Танцевать будем под медленный вальс Штрауса.
По залу разнесся недовольный гул.
Все знали мисс Престон еще со времен детских праздников.
Это была очень неторопливая сухая женщина, репертуар которой начинался Штраусом и им же заканчивался. Благодаря этой престарелой рок-звезде любое мероприятие превращалось в поминки.
Только вот миссис Шнайдер была с ней неразлучна и считала, что ничто так не оживит танец, как «живое» исполнение полумертвой Престон."
"– Нет, – громко и четко произнесла Кэтрин.
Миссис Ш. обернулась, приподняв свою клюку, словно шпагу, которой собиралась проткнуть девушку.
– Что значит «нет»? Я здесь решаю. И если я сказала, что мы танцуем медленный вальс под Штрауса, мы танцуем именно его!
– Но мы с вами так не договаривались. – Кэтрин почувствовала, как на ее запястье сжались чьи‑то пальцы, как будто говоря: «Держи себя в руках». – Вы, – жестом указала она на преподавательницу, – ставите основные движения. Я выбираю музыку и хореографию.
– Не собираюсь танцевать под Престон.
