Может, потому, что Кэтрин привыкла, что все подчинялись ее приказам, а Хитклифф единственны этого никогда не делал? Что не так с этим парнем?
Резко развернувшись, так что на дорожке остались темные следы, она бросила:
– Ладно. Глупая была затея, я изначально это понимала, – но услышала вслед:
– Чего ты хочешь от меня, Кэт?
– Чего я хочу? – Она остановилась и всплеснула руками, снова поворачиваясь к нему. – Да просто знать, что хоть где‑то все нормально. Хоть где‑то порядок и все не разваливается к чертям собачьим.
И хоть кто‑то в этой школе не считает меня стервой. А ты стоишь здесь… с этими вечно идеально завивающимися даже в сраный снег волосами… – она махнула рукой, – и делаешь вид, что не понимаешь.
Она не знала, почему вываливает на него это все. Может, потому, что никто прежде не рисковал слишком близко подбираться к ней, а он смог?
Ведь люди боялись ее сурового нрава и острых слов, она же презирала их за глупость и безалаберность. А потом просто привыкла быть одна. Ездить по делам в одиночестве.
В одиночестве ходить на уроки. Завтракать и ужинать, потому что часто возвращалась поздно. Так и свыклась. Вот только с Хитклиффом все изначально пошло как‑то не по сценарию.
– Ладно, Синдикат, забудь…
– Кэт…
– Это была минута слабости.
Но вместо ответа он просто притянул ее к себе забинтованной рукой и обнял. А Кэтрин, уткнувшись носом в ворот его футболки, торчащей из‑под расстегнутой куртки, от неожиданности замерла.
Она почувствовала, как от его выдоха всколыхнулись волосы на макушке.
– Все нормально, – произнес он.
И Кэт захотелось укутаться в эти объятия сильнее. А еще она вдруг поняла, как же потрясающе он пахнет. Не могла сказать точно чем, потому что это не был запах чего‑то конкретного – мыла, лосьона или дорогого одеколона. Скорее запах самого Хитклиффа.
Кэтрин читала много статей, книг и блогов, где часто писали, что за запахом кроется нечто большее, чем наука, – инстинкты, гормоны, сама жизнь, которую не опишешь формулами.
И ее жизнь, судя по всему, решила над ней жестоко приколоться. Кэт приводила в испуг одна только мысль: почему именно этот парень производит на нее такой эффект?
Что‑то скрипнуло. Открылась входная дверь.
– Хит, – осторожно проговорила Кэтрин, отодвигаясь.
Парень обернулся. На пороге стояла женщина, наверняка его мама, которая тоже явно не ожидала гостей. Они обменялись парой фраз по‑испански, после чего женщина, улыбнувшись, вернулась в дом.
