Добро пожаловать в Wax and Waves.
Я молчу. Гнев, который я испытывала, когда ехала сюда, должно быть, вылетел в окно по дороге, потому что сейчас я стою здесь, и все, что я хочу делать, это плакать.
Быстро, ЧБСМ? Что бы сделала Мали?
Ну, для начала, она бы сказала мне, что я не половик, по которому он может ходить. И она была бы права. Если дерьмо с Крейгом чему-то меня и научило, так это тому, что, если я не хочу, чтобы со мной обращались как с дерьмом, я должна отказаться принимать дерьмовое обращение. Возможно, я не в состоянии контролировать то, что кто-то делает, но я могу контролировать, как я на это реагирую.
Когда он понимает, что никто не ответил, Хейс оборачивается, и его глаза встречаются с моими.
— Лейкин. — Он произносит мое имя так, словно это вздох, и это закаляет мой хребет.
— Ты не можешь продолжать в том же духе, — говорю я ему. — Ты не можешь поцеловать меня, а потом отказаться разговаривать со мной после. Мне все равно, сожалеешь ты об этом или нет. Я заслуживаю лучшего, чем это.
Как будто он полностью осознает, насколько он неправ, он опускает голову и кивает. — Я знаю.
Его ответ застает меня врасплох. Более конкретно, это печаль в его голосе. Это выводит меня из себя, заставляя мой гнев рассеяться — и это отстой, потому что это было моей движущей силой. По крайней мере, если я зла, я не расстроена. И я отказываюсь позволять ему видеть меня расстроенной.
Мы собирались быть менее жалкими, помнишь?
Я захожу вглубь магазина и начинаю разглядывать ожерелья из ракушек на одном из столов.
Они прекрасны, но я здесь не из-за них.
— Что мы делаем? — Я выдавливаю из себя, разворачиваясь к нему лицом.
Вопрос, похоже, застал его врасплох. — Что ты имеешь в виду?
— Не прикидывайся дурачком. Что между нами происходит?
Если он собирается положить конец тому, что, черт возьми, это такое, он сделает это лицом к лицу. Не через текст, который он неизбежно отправит позже.
Я наблюдаю, как он изо всех сил пытается найти ответ, терпеливо ожидая, пока он остановится на одном.
— Мы друзья.
Сухой смех вырывается из моего рта, когда я делаю пару шагов к нему. — Да, я на это не куплюсь.
— Это правда, — говорит он, но я не думаю, что даже он сам верит в то, что говорит.
Я скрещиваю руки на груди. — Ммм. Значит, я так понимаю, ты целуешь всех своих друзей так же, как целовал меня прошлой ночью?
Он отводит взгляд от меня и проводит пальцами по волосам. — Я не знаю, что ты хочешь, чтобы я сказал.
Конечно, он этого не знает.
