Если его посадят, я стану твоим новым старшим братом.
Я пристально смотрю на него, ожидая подвоха, потому что ничего из его уст никогда не исходит от чистого сердца. — О, да?
— Да, — улыбается он. — И на совершенно не связанной с этим, ноте, как ты относишься к инцесту?
И вот оно.
Лукас клеился ко мне в течение многих лет. Он ниже ростом, чем остальные члены команды, поэтому, по его мнению, ему нужно компенсировать это тем, что он совершенно несносен. Он симпатичный, в том смысле, что выглядит как опрятный богатый ребенок, но я наблюдала, как он гонялся за Кэмом по двору, пока тот пытался помочиться на него.
Им было по восемь, но такие вещи запоминаются надолго.
Закатывая глаза, мне даже не нужно ничего говорить, поскольку Кэм, как и следовало ожидать, встает на мою защиту. Он берет одну из бутылок из шести упаковок и держит ее вверх дном за горлышко, размахивая ею, как будто тренируется.
— Это пиво для того, чтобы пить, или для того, чтобы разбить о голову Лукаса?
Оуэн переводит взгляд с Кэма на Лукаса, и его улыбка становится шире.
— Посмотри на это. Тебе даже не нужно быть пьяным, чтобы захотеть на кого-то напасть.
— Отвали, — огрызается он в ответ, но то, как он хихикает, показывает, что на самом деле он не злится.
Чувствуя себя еще более одинокой и созависимой, я достаю из кармана телефон и отправляю сообщение своей лучшей подруге.
Где ты? Я умираю здесь.
Ей требуется всего минута, чтобы ответить, к большому облегчению моих проблем с созависимостью.
Но может ли кто-нибудь действительно винить меня? Удивительно, но сидеть в одиночестве, в то время как друзья моего брата терпят неудачу в попытках пофлиртовать со мной, — это не мое представление о веселье.
? На твоей подъездной дорожке, королева драмы.
Спасибо, черт возьми.
Пока ребята погружаются в разговор о хоккейных матчах и командах-соперницах, я ускользаю и направляюсь к подъездной дорожке. Дело не в том, что мне некомфортно находиться одной рядом с моим братом и его друзьями.
Они все приходили сюда, сколько я себя помню. Просто, как только я достигла половой зрелости и отрастила задницу с парой подходящих сисек, они начали относиться ко мне по-другому.
Я больше не просто младшая сестра Кэма. Я горячая бывшая главная болельщица, которую им никак не удается затащить в постель, как бы они ни старались. Хотя, я не понимаю, как ты можешь хотеть переспать с кем-то и при этом называть его Малышка Бланшар.
От этого хочется блевать.
