Конечно, я всегда знала, что моему мужу непросто жить со мной. Но мне казалось, что, раз он прекрасно с этим справляется, значит, это и для моей дочери вовсе не является проблемой. Я ошибалась.
— Вы поговорили с Настей?
— Конечно. Она поверила, что является ценностью сама по себе, а не как моя дочь. И для этого ей вовсе не надо ничего никому доказывать. И знаете, я очень благодарна Денису, потому что он доказал ей, что ее можно любить. Любить и принимать такой, какая она есть. Талантливой, красивой, взбалмошной, закомплексованной, безрассудной и очень храброй девочкой.
— Вы не против их отношений?
— Конечно, нет. Я считаю, что мне очень повезло с будущим зятем. — Инна снова хитро улыбнулась, видя Сонино смущение.
Полковник Бунин слегка опаздывал, но, когда все расселись за столом, он появился в квартире, прошел на свое место, поднял бокал, привлекая к себе внимание.
— Я очень рад видеть вас всех. Дорогие мои друзья, — сказал он. — И у меня есть для вас важная информация, которая в первую очередь касается Софьи Михайловны Менделеевой.
Соня заинтересованно посмотрела на него. Все остальные замолчали, прервав беседу.
— Обнародовано завещание, которое перед своей смертью составил Борис Авенирович Галактионов. Свою квартиру, а также все имеющееся в ней имущество он оставил своей троюродной сестре, которую обязал стать опекуном его единственного сына Александра. Из наследной массы он исключил лишь одну вещь — прижизненное издание книги Уильяма Блейка. Эта книга была крайне дорога его научному руководителю, человеку, которого Галактионов уважал больше всех в жизни, — Леониду Федоровичу Свешникову.
Получив книгу в дар от профессора, Галактионов трепетно хранил ее несколько десятилетий, не соглашаясь продать даже в самое тяжелое для себя время. Он знал, что за книгой охотится его давний недруг, соперник Николай Ровенский. И понимал, что, будучи уже пожилым и не очень здоровым человеком, он должен обезопасить раритет от чужих жадных рук.
— Вы знаете, куда он дел книгу? — живо спросила Соня.
— Не совсем. Я знаю, что за год до своей скоропостижной смерти Галактионов составил завещание, по которому книга должна была вернуться на родину, в Англию, и передана в дар тому университету, в котором ее когда-то подарили Свешникову. А душеприказчиком, который должен был выполнить его волю и вернуть книгу в Великобританию, он назначил вас, Соня.
— Что? — Соне показалось, что она ослышалась.
— Так написано в завещании.
