Его зовут Дэниел Аттвуд, он работает в одном из лондонских университетов, и я задала ему вопрос о том, что известно о прижизненном издании Блейка и о том, что один из экземпляров был когда-то давно якобы подарен профессору Свешникову. Сегодня утром я получила ответ.
— И молчишь! — воскликнула Настя. — Соня, ну, ты что. Это же так важно.
— Да я не молчу. — Соня слабо улыбнулась. — По-моему, мы все утро только и делаем, что разговариваем. В общем, Дэн пишет, что английский поэт и художник Уильям Блейк создал свою первую книгу — «Песни Неведения» — в 1789 году.
Ее особенностью было то, что он сам выгравировал текст и иллюстрации к этой книге и сам отпечатал совсем небольшой тираж. Это было настоящее оригинальное авторское издание. Каждый отпечатанный лист он раскрашивал от руки, затем сшивал листы в книги и даже сам их продавал. Покупали их друзья и немногие знакомые. До наших дней дошел только 21 экземпляр «Песен Неведения» и еще 27 экземпляров второго издания, которое увидело свет в 1794 году и где «Песни Неведения» были объединены автором со вторым циклом «Песни Познания».
— Интересно, какую именно книгу привез профессор Свешников? — задумчиво спросила Настя.
— Этого Дэн, конечно, не знает. Он написал, что все экземпляры этих изданий хранятся в музеях и частных коллекциях и стоят безумно дорого. К примеру, одна из книг, вышедшая в 1794 году, была продана на аукционе Сотбис двадцать лет назад, и уже тогда стоила два с половиной миллиона долларов.
— Сколько? — присвистнул Бунин.
— Сейчас скорее всего первые издания Блейка стоят еще дороже.
В университете Дэну рассказали, что действительно много лет назад один из почитателей научной деятельности русского профессора Свешникова, один из британских магнатов, сильно увлекающийся Блейком, действительно подарил профессору одну из книг. Чтобы вывезти книгу из страны, потребовался чуть ли не год. В Англии тогда это наделало немало шуму, но книга была из частной коллекции, а потому запретить распоряжаться своей собственностью никто не мог.
А в Советском Союзе никто и вовсе не придал этому особого значения. Железный занавес сработал, не иначе.
— То есть вот в этом доме, в обычной трехкомнатной квартире, за двойными бронированными дверями много лет хранилась книга, которая стоит два с половиной миллиона долларов? И после смерти ее владельца она пропала в неизвестном направлении? — протянул полковник Бунин. — Что ж, меня не удивляет, что профессор Ровенский влез в эту квартиру в ее поисках.
