— Я никогда не ела киноа, — сообщила Настя, — и спаржу тоже не ела. Моя мама — отличная кулинарка, но почему-то полезные продукты в нашем доме не приживаются.
— Я не оцениваю продукты с точки зрения полезности, исключительно с точки зрения вкуса. Правильно приготовленная спаржа — это вкусно. И киноа тоже. Я тебе покажу.
— Тебе помочь? — Настя спрашивала скорее из вежливости, потому что готовить не умела. Соревноваться с мамой еще и на этом фронте она не хотела, понимала, что безнадежно проиграет.
— Нет, ни в коем случае, я же профессионал, — засмеялся он.
— Ну да, а я — жалкий любитель, хотя меня даже к этой категории отнести трудно, — призналась Настя.
В кухне она залезла на подоконник, потому что с него ей было удобнее смотреть, как Денис ловко орудует ножом и различными предметами кухонной утвари, многим из которых она даже не знала названия.
— А почему ты вообще решил стать поваром? Хотя извини, тебя, наверное, все об этом спрашивают.
Он покачал головой, показывая, что ничего страшного.
— Я с детства об этом мечтал, если честно. Многие мальчишки в детстве играют в летчиков, водителей, а мне нравилось готовить. Ты знаешь, в детстве у нас с Сонькой была няня, подруга нашей бабушки. Сначала она сидела с Соней, потом, когда родился я, помогала маме справиться с нами обоими, а потом, когда мне исполнился год, Соню отдали в детский сад, а баба Ива, как мы ее звали, потому что у нее было сложное имя-отчество — Иветта Илларионовна, осталась нянчиться со мной.
Я провел с ней почти два года, и у нас была любимая игра.
Каждое утро, когда мы возвращались с прогулки, а обедать было еще рано, она расстилала на табуретке в комнате мягкую тряпочку — мою же бывшую пеленку, такую желтенькую, в ярко-пушистых одуванчиках, а на нее ставила тарелку с порезанным яблоком, тарелку с тертой морковкой и тарелку с капустой. У нее это называлось «сходить в ресторан». Как и все дети, я терпеть не мог овощи, а тут ел их за милую душу, аж за щеками трещало.
Потом, когда я уже был постарше, у нас в семье была традиция раз в месяц в выходной ходить всем вместе гулять.
Мы каждый раз выбирались в новый район города, осматривали достопримечательности, иногда заходили в музеи, иногда папа что-нибудь рассказывал, он был прекрасный рассказчик, а потом шли обедать в ресторан, все вместе. И была в этом такая праздничность, такое счастье, я так ждал этих наших походов, что для меня слово «ресторан» навсегда стало синонимом радости, что ли.
