Главное, что Мартынову никогда не добраться до души Рокси. До сердца.
Вит хотел бы радоваться очередной победе. Но не выходило. Горечь разливалась по небу, забивалась в нос, оставляла неприятный привкус на языке."
"Рокси сдалась. Но почему-то Виту, казалось, будто именно он и есть проигравший.
Девичье тело замерло под ним. Роксана не шевелилась. Покорно позволяла делать с собой все, что хотел Вит. Она не реагировала на поцелуи. Открывала рот, когда он требовал того. Обнимала его за плечи, когда он приказывал.
Терпела, глотая слезы, когда возбужденный член погрузился в нее, словно расколол ее тело на части.
Роксана молча сносила все. А Вит не мог остановиться. Двигался. Целовал. Сжимал руки на тонкое талии, бедрах. Его сводил с ума ее запах. Вкус. Рваное дыхание.
Он тонул в этой девчонке. Понимал, что ей больно, что не испытывает она сейчас ни желания, ни страсти. А все равно не мог отстраниться от нее.
Она свела его с ума. Превратила в похотливого безумца.
— Рокси! — шептал Вит, хрипло с надрывом, в приоткрытые губы.
Жадно целовал тонкую шею. Венку, отбивавшую пульс. Покатое плечо. Щеки, мокрые от слез.
Целовал так, как никого раньше. Словно от этого зависела его жизнь.
Но отклика не было.
Однако природа требовала свое. Удовлетворение инстинктов, потребностей, похоти. И Вит отпустил себя, излился в юное тело своей жены, бурно, с протяжным стоном, ярким фейерверком перед глазами. Не испытывал Мартынов такого до сегодняшнего дня. Кончил, как никогда прежде. Навалился всем телом на Роксану.
Рухнул, придавил собой, словно боялся, что сбежит. А дыхание никак не возвращалось в норму.
Спустя время, когда страсть сменилась опустошением, Вит разжал руки.
Роксана тут же откатилась в сторону, ощутив свободу. Пусть видимость ее. Но дышать стало легче.
А слезы душили. Но и слабость показать девушка не могла.
Побежала в ванную комнату, закрылась на замок, встала под душ
Ноги не держали. Рокси опустилась на пол. Плакала, запрокинув голову, подставляя слезы под прохладные струи воды.
Сколько Роксана просидела вот так, сжавшись в комочек, неизвестно.
Но выходить нужно.
Девушка вытерлась полотенцем, завернулась в мягкий халат, распахнула дверь, ведущую в комнату.
Спокойно прошла мимо мужа.
Вит стоял к ней спиной, смотрел в окно, пил виски. И даже не обернулся на звук девичьих шагов.
— Спать ты будешь в нашей постели, — хлестко произнес Мартынов, когда Роксана уже распахнула дверь смежной спальни.
— Утром я позвоню деду.
