Фамильное сходство есть, документы сохранились, магические артефакты для определения близости родства с усопшими если вы поможете приобрести или предоставите — и вовсе упростят дело. Я предоставлю доступ в фамильный склеп и самое главное — согласие признать Эльрию членом графского рода тоже. Она тогда получит титул графини. Но поместье и земли ей по наследству не перейдут — они вполне официально завещаны нам. Только этот дом принадлежит Эльрие.
Я бы сейчас упала второй раз, если бы не сидела. Может, прилечь? А ведь я даже не догадывалась, что барон может вновь сделать меня членом графского рода, ну а он, соответственно, и не собирался этим заниматься.
Это же я бы тогда совершенно в ином статусе вышла в брачный сезон. Но теперь уже поздно.
Глава 30"
"— Ну… хорошо, — после недолгой паузы тянет герцог. — Так и быть. Только подписываете свое согласие прямо сейчас, далее мы опять едем к лекарям на проверку, а то может у вас все подопечные планово беременны, и если все в порядке, перезаключаем брачный контракт на шену Брауш.
С ее оформлением в графский род я помогу, чтобы успеть получить все документы к свадьбе. Не успеем — и платить неустойку за сорванный день свадьбы будете вы. Успеем, единственная ваша потеря будет этот дом, так что в ваших интересах будет поторопиться. Что касаемо вашей дочери, ищите отца будущего внука, я помогу с его наказанием (ведь известно, на чью на тот момент невесту он залез, и это прямое оскорбление в том числе и меня), алиментами, и, если будущий отец холост и устраивает вас в качестве жениха, с его согласием на брак с Ансоной.
Что делать? Ворваться? Кричать, что не пойду замуж за герцога? Так не поможет. Барон мой законный опекун, у него вся власть, да и не придерешься, формально герцог даже более чем хорошая партия для меня. Истерить? Плакать? Так Ансоне это не помогло, а уж мне и подавно. Я барону, по сути, никто.
Пока раздумывала, дверь резко распахнулась, и мы всем женским коллективом ввалились в кабинет, прямо к ногам герцога Кэнтербоджи.
Какой позор.
Причем не сказать, чтобы герцог удивился — ни один мускул не дрогнул на его лице. Альдан наклонился и, взяв за руку чуть выше локтя, только одну меня и поднял, а после забрал из другой моей руки кружку, вгляделся в ее дно и тихо прокомментировал:
— Интересная работа.
Неужели ректор почувствовал и различил из-за двери мою магию, пусть и специально сильно ослабленную?
И громче, уже для шенара Ольтона:
— Барон, вы все написали?
— Да-да.
