Моя биография отличается интересными сюжетными поворотами, но чтобы муж на меня смотрел, как на девайс — нет, вот даже не припомню. Всё же, у меня была не настолько интересная жизнь.
— Не сомневаюсь. Он сказал нашему ребёнку, что тот похож на меня — такая же пустоголовая кукла, не стоящая внимания. Ты представляешь, что я почувствовала? Можешь вообразить?!
В её прекрасных глазах заблестели тщательно продуманные слёзы, не портящие, впрочем, макияж.
— Неужели ты и правда не можешь помочь мне, Шакс? Я не верю, что в вопросах подобного толка ты действительно бессилен!
Ну вот, снова-здорово.
— Это твоя и только твоя проблема, драгоценная.
— Какая-то девчонка рушит мою жизнь, Шаз! Какая-то дурочка издевается над моим ребёнком и рушит мою семью. Мне так больно на это смотреть! Неужели ты не можешь помочь мне? Неужели тебе совсем не жаль меня?
Голубь на моём плече тихонько зашевелилась.
“Может, ты и правда поможешь ей?” — уточнила она неуверенно.
Я рассмеялся — в ответ на оба предложения.
“Что, ты действительно так уж хочешь, чтобы я помог ей? Ты точно уверена?”
“Она страдает, — ответила ангел тихо.
— Вполне искренне, я чувствую. И потом, её ребёнок…”
“О да, тут готов согласиться: хуже всего от этого всего дерьма достаётся детям. Но это, опять же, не моя проблема. Родиться человеком — это в целом опасная авантюра. Даже если тебе при этом очень повезло с родителями, они всё равно вывалят тебе на голову всё собственное дерьмо, чтобы не оставить психоаналитиков без работы. Даже самые лучшие из людей пытаются перекроить детей по своему образу и подобию, сублимировать через них свои собственные вавы в голове и прочее в том же духе.
А уж если с родителями ещё и не повезло… Но тут ничего не поделаешь, с этим каждый должен справляться сам. Ну, или не справляться, что встречается чаще. Но тут уж как пойдёт. Демоны в таких вопросах в любом случае не помощники.”
Птица завозилась на моём плече.
“Но.. ты мог бы помочь, Шаакси. Она ведь уже продала тебе свою душу, позволила исчерпать внутреннюю силу, как вино.
Значит, в какой-то мере она всё равно твоя подопечная. Неужели тебе жалко сил, чтобы помочь? Ты не кажешься мне жесткосердным. Теперь, когда я знаю, что те культисты не были твоими, а принадлежали тому, Первому из вас… Я не верю, что в твоём сердце нет жалости, Шаз.”
Я хмыкнул. Это сейчас она, интересно, мою бессмертную и несуществующую душу спасти пытается? Или как?
Получается смешно.
“Извини, работа это работа. Ничего личного.
