— Я ненавижу техногенные отражения! Уже двести лет тут не был — и ещё столько же не появлялся бы.
Ну-ну.
— Так ты, значит, из старших менеджеров? Ну-ну. А некоторые, между прочим, сюда каждый день по работе мотаются, — сказал я. — И всё это терпят! Представляешь?
— Я тебе сейчас посочувствовать должен или как? — фыркнул он. — Ты учти, я могу разве что добить, чтобы не мучился.
— Да, я догадывался… Кофе будешь?"
"Он бросил на меня странный взгляд.
— Ну давай. И излагай уже, что ты там сказать хотел. Или всё ещё боишься, что страшный и ужасный Шеф прийдёт и тебя покусает?
Я только отмахнулся, перетаскивая нового знакомца за собой в ближайшее кафе.
— Шеф с ним, с Шефом. Ты мне вот что объясни: на кой ляд ты пророка в офис притащил? Я его, если что, не крал. Я его посреди коридора встретил. И я тебе вот что скажу: этому чуду природы сказочно повезло, что его встретил не кто-то, а именно я. Так зачем это было? Или тебе твой называемый друг так надоел, что ты решил от него избавиться таким интересным способом?
Его глаза нехорошо сверкнули.
— И в чём же выражалось его везение? Что ты сделал с ним?
— Я? Злодейски притащил к себе домой и показал страшное.
— Страшное?
— Птичек.
Он пару раз моргнул, будто переваривая услышанное.
— Ну да, ужас. То есть, ты воруешь пророков, чтобы потом показывать им из-под полы плаща в тиши ночной птичек?... Ну а что, тоже метод. Твои знаменитые голуби? Они мне пророка не загадили?
— Обижаешь! У меня очень чистоплотные птички, не то что я!.. У меня другая проблема: этот твой пророк — чудовище!
— Правда?
— А то! Он скормил мне несколько печенек, заговорил до опупения и, пока я не пришёл в себя, попросился у меня пожить.
И я даже не заметил, как согласился! Каков, а? Так что у меня к тебе просьба: забери этого своего пророка от меня, будь так добр. У тебя же, надеюсь, уже успел выработаться иммунитет к его диверсионно-печеньковой тактике ведения переговоров?
И тут мой визави расхохотался.
Смех у него был тот ещё — многоголосый, неслышимый в реальности и при этом оглушительно громкий.
В какой-то момент мне даже показалось, что всё вокруг хохочет вместе с ним, а реальность кривится, меняется, наполняется силой извне, сминая отражения вместе, как слоёный пирог. И волны, которые расходятся от нас в разные стороны, вносят изменения в этот мир. Пока что незначительные, но кто знает, что будет, если заставить вот это, чем бы оно нахрен ни было, искренне смеяться подольше…
— Что ты такое? — пробормотал я шокировано.
