Сглотнув образовавшийся комок в горле, заметила, что Клод понимается, и резко отвернулась, делая вид, что ей гораздо интереснее, как скачет вокруг седельной сумки серая пичуга."
"– В сумке есть немного еды, – проговорил Клод и, хитро ухмыляясь, добавил: – А ещё южное вино, которое тебе так понравилось…
Алиса, не отрывая от птицы взгляда, молча кивнула, а Клод, оставшись в одних подштанниках, вскочил на Твэла и повёл его к реке. Искоса наблюдая за тем, как изящно господин покачивается на жеребце, как прохладные волны лижут его упругие бёдра, как брызги оседают сверкающими в лучах уходящего солнца каплями на белоснежной коже, Алиса невольно задрожала.
Он прекрасен! Прижав руки к груди, прошептала:
– Может, утопить его? – И хищно улыбнулась: – Пусть же не достаётся никому!
Стало чуточку легче: всё-таки злодейкой жить проще. Алиса всё больше проникалась сочувствием к Тёмной госпоже. Смотреть на этого совершенного мужчину и видеть в его взгляде лишь ненависть – так ещё пытка! А если ещё и ждать «совершеннолетия» по-драконьи и готовиться стать жертвой, то картинка вырисовывается совсем уж мрачная, сплошной стресс! Как правило, боль другим причиняют те, кому больно настолько, что становится нестерпимо… затмевает разум.
Страдания других дают иллюзию справедливости и силы смириться с собственной участью.
Алиса, с трудом оторвавшись от любования прекрасным телом Клода, присела рядом с седельной сумкой, пичуга испуганно отскочила в сторону, но не улетала, буравя человека настороженным взглядом.
Чёрная бусина круглого глаза влажно поблескивала. Алиса вытащила из сумки кусок хлеба и, оторвав кусочек, бросила птице. Та встрепенулась, недоверчиво покрутила острой головой, клюнула угощение и, подхватив кусок, стремительно исчезла в небе.
Алиса печально улыбнулась: может, так же стоит поступить и ей? Вместо того, чтобы мечтать о долгой и счастливой жизни с прекрасным мужчиной, принять «благосклонность», да исчезнуть из этого мира? И пусть она будет в жизни Клода лишь мимолётным увлечением… Помотала головой: нет! Пока есть иллюзия самоконтроля, нужно держаться за неё, чтобы удержать себя на грани.
Ещё неизвестно, как поведёт себя глупое сердце, если позволить себе упасть в объятия Светлого господина.
Выпрямилась и, оглядев небольшой натюрморт, созданный на разложенной попоне, подбросила в костёр несколько веток. Вдруг со спины её обнял подкравшийся Клод.
