Здесь его сразу остановили, Хаммеровский центр стерегут круто. Но майору с Петровки путь не закроешь."
"Тимофей засунул руки в карманы и огляделся. Огромный холл первого этажа со стеклянными пеналами для лифтов, снующих, словно стаканчики, вверх-вниз, медной статуей петуха у входа и искусственными деревьями с вечнозеленой листвой, внушал уважение и веру в доллар. Походкой бездельника протопав вдоль витрин, для порядка оглядывая сувениры, затем постояв, майор, огляделся, словно в поисках знакомого, и не спеша двинулся к бару.
За стойкой сидели несколько мужчин, а за столиком одна девица, худая высокая брюнетка с прической из множества косичек. Мужчины говорили по-английски, а девица скучала. Бармен метнул в сторону Тимофея быстрый цепкий взгляд и отвернулся. Он знал, что майор не станет рекламировать их знакомство. Волков достал газету и скромно уселся за столик. Подав иностранцам очередной коктейль, бармен вразвалочку подплыл к майору и встал над ним. Тимофей молча раскрыл газету, и Славик увидел две фотокарточки.
– Ищу эту красотку. Помоги, – не поворачивая головы к бармену, попросил Тимофей.
Славик взял газету, проплыл за стойку, соорудил напиток в высоком стакане, принес его Волкову и снова вернулся на свое место. Тимофей видел, что лысый сутенер куда-то звонит. Через несколько минут к стойке начали причаливать красотки. Они ненадолго задерживались возле Славика и незаметно исчезали. Тимофей тянул напиток, оказавшийся минеральной водой, и изображал человека, убивающего время.
Иногда он все же поглядывал на бармена, и тот отрицательно покачивал головой. Это означало, что пока результата нет. Прошло минут сорок. За это время через Славика процедилось около двух десятков девиц и несколько молодых людей. Результат по-прежнему оставался нулевым. Брюнетка за соседним столиком продолжала скучать. Для посторонних ее поведение выглядело загадочным. Красавица ничего не пила и интереса к проходящим мужчинам не проявляла. Но Волков сразу усек, что сей живой товар бармен для кого-то придерживает.
Когда поток путан и молодых людей, вызванных Славиком, иссяк, сутенер пальчиком поманил соседку майора. Та лениво поднялась и, покачивая бедрами, двинулась на зов. По лицу Славика Тимофей тут же понял, что ситуация изменилась. Брюнетка Хлебникову признала. Через минуту она с газетой в руках подсела к нему за столик.
– Это Сенаторша, – томно сообщила девица и подвинула закрытую газету к майору.
– Рисуй подробнее, – приказал Волков.
