– Пол, прекращай, девушка мертва. Сердце остановилось от переохлаждения.
Но почему? Остальные ведь живы! Девушка не дышала, и он не знал, как вернуть ее к жизни. У него отнялись конечности, он лежал на перегибе днища и потрясенно смотрел в мертвое лицо.
За что ей такое? Потеряла родителей, дочь. С дальней родней Нина виделась редко, они только обменивались письмами. Часто смотрела на фотографию девочки с косичками и украдкой плакала…
Качка усилилась, шлюпка входила в полосу прибоя. До берега оставалось 70 метров.
Волны подросли, со шлепками они разбивались о камни. По курсу все так же светлела полоска пляжа – хорошо, что вынесло не на камни.
Бороться со стихией не было смысла. Мощная волна захлестнула и перевернула шлюпку, она ударилась о подводные камни. Заскрежетало дерево, шлюпка окончательно развалилась. Мужчины оказались в воде. Галлахер вскричал – его едва не накрыло обломками конструкции. Павел бросился спасать парня, но тот уже вынырнул с выпученными глазами. Из рассеченного виска текла кровь.
Но под ногами было дно! Воды – по пояс!
Ноги подкашивались. Павел держался за какие-то доски, приходил в себя. Нина оказалась рядом, он схватил ее под мышки и прижал к себе. Голова девушки безжизненно свесилась. Он целовал ее омертвевшее лицо и чувствовал, как сходит с ума. Потом перехватил поудобнее, стал вытаскивать на берег. Галлахер шел сзади, пытаясь вразумить своего приятеля, потом догнал, помог нести. Они вынесли тело на берег, пристроили на сухое место и рухнули сами.
Ночь продолжалась. Угрюмые тучи плыли над головой. Утробно рокотал прибой, волны с шипением выносились на пляж. Конечности начинали подмерзать.
Мертвое тело мужчины дотащили до обрыва, положили его в трещину, а лицо накрыли капюшоном. Павел ползал на коленях, сгребая камни. Бугорок получился маленький, но больше и не требовалось…
Товарищи по несчастью привалились к глиняному откосу и безучастно смотрели, как на берег выносятся упругие волны. На душе было пусто, голова не работала.
Пока еще не было возможности оценить масштаб случившейся катастрофы.
– Норвегия, говоришь…
Слова, как колючие ежи, выбирались из горла. Не за горами двустороннее воспаление легких, если не что похуже.
– Норвегия, Пол, – подтвердил Галлахер. – А вот в каком месте этой чертовой Норвегии мы находимся, даже не спрашивай.
В отличие от Швеции, сохранившей нейтралитет, в Норвегии господствовали фашисты. Германия оккупировала страну в далеком 40-м году.
