Да и ноги, в буквальном смысле слова, подгибались. Прохор с Ульяной тоже сцепили пальцы — вместе выдержать натиск на сознание куда проще. А потом за моей спиной послышался неожиданно бодрый голос Оболенского.
— Что-то я не понял, Сиятельство. Это тот самый крылатый, что Дарью похитил? И ещё угрожать нам смеет? Может его по носу-то щёлкнуть пару раз, чтобы меру знал?
Ошеломлёнными выглядели все — даже из стана противника, в сторону Оболенского обратилось несколько взглядов. Правда из-за щита было непонятно, то ли восхищаются они его смелостью, то ли пытаются оценить степень тяжести психического расстройства.
"
"Сам Тьеран тоже выглядел удивлённым. Определить что-то по его громадной морде, было тяжело, но как мне показалось, именно эта эмоция мелькнула в черных глазах. Вытянув шею ещё дальше в нашем направлении, присмотрелся к Ратибору.
— Интересно… Вот уж кого не ожидал встретить в своих владениях, так это кого-то вроде него. Умеешь ты подбирать себе свиту римлянин, отдаю должное.
В этот раз на князя уставились все семеро глав Башен.
И мне совсем не нужно было видеть выражение их лиц, чтобы понять — на них отображается интерес. Молодой бог, который не поддаётся влиянию ауры настолько древнего дракона и имеет наглость открыто ему угрожать — объект, достойный, как минимум внимательного изучения.
Впрочем, мне секрет князя был известен. По крайней мере в той части, что касалась нейтрализация ауры. Как сказали бы варвары — генетика. Вот отчего он решил, что может щёлкнуть дракона по носу, куда более сложный вопрос.
Который лучше оставить на потом.
Пока же я с некоторым трудом взмахнул рукой, обрывая уже начавшего говорить Ратибора.
— У тебя моя последовательница. И я спас от истребления потомков твоего брата. Не находишь, что всё это стоит пары огненных выдохов.
Секунду тот помолчал, после чего гулко захохотал, заставив камни вновь посыпаться вниз. Мьёльниру пришлось пустить встречную волну силы, чтобы остановить начавшуюся лавину, что грозила обрушиться прямо на нас.
— Ты вроде бы говорил, что потребуется всего один. Теперь уже два. В следующем предложении скажешь, что мне придётся трижды обрушивать пламя на этих несчастных?
Высшие иерархи Дома Кали зашевелились и слово взял мужчина, которому на вид было не больше тридцати — он специально ослабил барьер, чтобы его было лучше видно.
— Мы не желаем вражды с тобой, о великий дракон. И рады приветствовать в нашем скоплении. Дом Кали готов помочь всем, чем угодно.
