Глава 16
Глава шестнадцатая, в которой Вартислейв-хёвдинг разочаровал многих
Тангбранд Красивый (так он называл себя сам) или Красавчик (так звали его все остальные) нынче выглядел значительно лучше, чем вчера. Умылся, переоделся, почистил кольчугу, надел шлем и обзавелся тяжелым корабельным щитом с пестренькой отвлекающей раскраской.
Еще у него было два легких копья, меч (само собой) и средних размеров топорик.
Сергей снарядился попроще. Короткое копье для контактной работы, уменьшенный аналог хогспьета — последний Сергею пока не по силам.
Еще любимая сабля и четыре швырковых ножа в кармашках на поясе. Будь воля Сергея, вместо копья он взял бы лук. И тогда бы ему даже сабля не понадобилась. Однако если он прикончит врага стрелой, здешние не одобрят. И прощай прирост авторитета, народная слава и все прочие преференции, ради которых, собственно, и затеяна эта дуэль.
Сражаться предстояло там, где и требовала местная традиция. То есть на отмели размером примерно десять на восемь метров. Не слишком просторно, а если поединок затянется до начала прилива, то и площадка станет еще меньше.
Сергей слышал истории о том, как подобные поединки продолжались уже по колено в воде, но доводить до этого не собирался. Его противник не только силен, но и, как Сергея предупредили еще вчера, очень вынослив, несмотря на возраст, переваливший на четвертый десяток. Загнать такого непросто. Тем более что, судя по размеру и весу щита, изрядных даже для такого здоровяка, Красавчик планирует работать от обороны.
Считает, что юный возраст Сергея сделает того излишне активным. Ну-ну.
Что радовало: зрителей собралось немало. Самые важные — неподалеку, на лодках, человек двести — на соседних отмелях и камнях. И на берегу, до которого метров под сто, еще столько же: зрение у нурманов хорошее.
А вот ярла Эйндриди не было. Как и многих других участников вчерашней пирушки. Надо полагать, отдыхают после застольных трудов.
Сергей подышал, вентилируя легкие. Воздух был на удивление чист: ни рыбой не воняло, ни гнилыми водорослями.
И песок под ногами хороший, плотный.
— Дыши, дыши, щенок, пока можешь! — Нурман покрутил головой, тоже потопал по песку, разминаясь. — Я таких, как ты, по пояс в землю вбивал, когда твой папка твою мамку в грязи валял!
Поговорить решил «хёвдинг, сын хёвдинга». Что ж, поговорим. И поглядим, как он станет от обороны играть. С его-то обидчивостью.
— Раз ты еще гадишь не под себя, значит, таких, как я, ты еще не встречал, — усмехнулся Сергей.
