Мать, которая так ждала и хотела этого ребенка, не могла переносить ее касания, отец был немного более дружелюбен, спросил про ее достижения. Девочка с радостью начала рассказывать, думая, что они полюбят ее за это, но зря: стоящая рядом мать только брезгливо морщила нос. Потом, когда девочку уложили спать, а сами взрослые ушли на кухню, думая, что их разговор останется в тайне, она всё-таки услышала то, что ни один ребенок не должен слышать никогда в жизни.
— Зачем ты притащил это мерзкое отродье в мой дом, что я мало присылаю тебе денег, что ты приехал сюда? Или может, наоборот, не стоит присылать денег, чтобы вы не имели возможности приезжать? — шипела, как змея, мать девочки.
— Дорогая, потише, не стоит так переживать! — успокаивал ее муж.
— Не надо меня успокаивать, этот урод отобрал у меня много здоровья! Пусть теперь будет благодарна, что я дала ей жизнь и не отказалась от нее, отдав в детдом для уродов, где ей самое место! — еще более раздраженно шипела мать уже на отца.
— Неужели спустя столько лет в твоё эгоистичное сердце так и не пришло материнское тепло, которое присуще женщинам. Это ты хотела этого ребенка, ты шлялась по всяким бабкам, знахаркам, а после того как добилась своего, выбрасываешь дочь как щенка, с которым наигралась! — терпению деда тоже пришел конец.
— Я хотела ребенка, похожего на меня, а этот монстр — не мужчина, не женщина. Где ты видел, чтобы дети в ее возрасте были такими высокими и крупными? Она же мальчишек как куклы бросает, а что дальше будет??? Это не моя дочь и не может ей быть, от меня такого урода родиться не могло.
Ты посмотри, она же совсем на нас не похожа, ничего общего, совершенно не чего!!! — уже практически кричала женщина, не стесняясь."
"— Ох, не так мы тебя воспитывали с матерью твоей, покойницей, не так. Если она слышит твои слова, то в гробу переворачивается. Не надо нам больше ничего присылать, мы и без денег твоих прекрасно живем и больше тебя не потревожим! — сказав это, дед уже принял решение: чтобы защитить свою внучку, ему придётся отказаться от дочери, как бы ему не было сложно.
Если у его дочери, которая была мертвой внутри, был муж, то у его внучки кроме него никого не было. И как бы ему не было больно осознавать, но нужно смотреть правде в глаза — теперь дочь для него умерла, есть только внучка. С такими мыслями дед зашел в комнату, где вся в слезах стояла маленькая девочка.
