— Такая благодарность за спасение вас не красит.
— Это судьба, что ты нашёл меня в этот день. Я должен остановить тебя!
Бой продолжался долго. Минут двадцать, без какой-либо передышки.
Старик уже выдохся, и было хорошо заметно, что он не поспевает за шпагой. Я же замедлился, делая вид, что тоже устал.
И когда мне удалось усыпить его бдительность, я резко развернулся, ушёл от удара. Обогнул старика и приставил лезвие к горлу.
— Сдавайся, — спокойно сказал я.
По сравнению с моими магическими тренировками, эта дуэль лишь разминка.
— Нет!
Тогда я на миг оторвал шпагу от горла и ударил ей по руке. Оставил глубокий порез, но старик выронил шпагу. На этом она перестала двигаться.
— Убивай, — обречённо произнёс он, когда лезвие слегка коснулось его горла.
Оно было настолько острым, что даже такое движение оставило лёгкий порез, выступили капли крови.
Я же наблюдал не за стариком, а за реакцией гостей. Они с замиранием смотрели, что же будет дальше.
— Убивай! Чего ты ждёшь⁈ — прокричал Голицын, уже напрочь забыв про этикет.
— Я не стану молить о пощаде, а умру с честью.
Вот и оно. Эти слова напрочь изменили моё решение.
Лучшее наказание для того, кто жаждет умереть ради своей великой цели, — лишить его этой возможности.
Резким движением я оторвал шпагу от горла, шагнул назад и пронзил плечо старика. А затем вынул лезвие. Этого достаточно для победы.
Анатолий Андреевич упал на колени. Рубашка краснела от крови. Но несмотря на дикую боль, он не издал ни звука. Сильный волей старик.
Ещё бы направить её в нужное русло.
— Всё ещё хочешь умереть? На глазах у своих потомков? — спросил я, вставая перед Анатолием Андреевичем.
Он сглотнул. Тем временем секунданты объявили о моей победе.
— Добей, — взмолился он.
— Нет. Ты ещё послужишь своему роду, — громко сказал я, чтобы услышали все, а затем наклонился и тихо добавил. — Но если ещё раз попробуешь пойти против меня, то от твоего рода не останется никого, кроме Дианы.
Старик выпучил глаза. Он понимал, что я не шучу.
Я смог надавить на самое больное место, хотя на самом деле не собирался из-за него убивать всю семью Дианы. Устрашение выдалось на славу, потому что вместо ответа Анатолий Андреевич прокричал:
— Да здравствует новый император!
Я удостоверился, что камеры засняли этот момент. Отдал шпагу Тимофею Сергеевичу, а затем подошёл к родовому целителю, который в первых рядах ждал команды.
— Помогите ему.
Целитель ринулся с места вместе со своим чемоданчиком.
