спускаться пошустрее” застрял у меня на языке: только услышав имя сестры, Аллатристе немедленно заложил крутой вираж и пошёл на резкое снижение.
Тут уже было не до красивостей полёта: дракон стремительно разрезал воздух, как хлеб – подтаявшее масло. Я до боли в костяшках вцепилась в чешуйки, умоляя про себя… непонятно, кого… просто умоляя, чтобы мы прибыли как можно быстрее!
В ушах стучала кровь.
“Пак! Пак!” – мысленно кричала я, – “Ты тут? Что у вас происходит? Приём! Пак, ответь!”
Но дух-хранитель молчал, и от этого меня колотило ещё больше.
Наверное, мы спускались очень быстро, но от дикого волнения мне показалось, что это время тянулось беспощадно медленно. Как жвачка!
Стоило Тайрону только приземлиться, как я скатилась по его крылу, как детской горке, поднялась и сломя голову кинулась ко входу.
От паники ноги подкашивались и заплетались, так что не успела я пробежать и нескольких метров, как запуталась в собственных ногах и полетела вниз.
Прямо на каменные ступени!
Но испугаться я не успела: сильные руки подхватили меня и подняли вверх.
– Ты сейчас совсем искалечишься, – хмуро бросил Аллатристе, ловко подхватывая меня под колени, – я сам тебя донесу до комнаты Звёздочки! Не дёргайся.
– Я… – от такой постановки вопроса я обалдела, но рефлексировать было некогда. Все мысли крутились исключительно вокруг девочки и её состояния, а в ушах стояло паническое мяуканье Пака!
Я молча вцепилась в мощные плечи Тайрона и съёжилась у него в руках, уткнувшись лицом в его широкую грудь и тяжело дыша.
У двери спальни Фреи мы оказались спустя считаные секунды. Коридор, который вёл к ним, пустовал, а сама дверь была плотно закрыта.
Было тихо – даже подозрительно тихо. Однако стоило только Тайрону приблизиться к ней, как изнутри до нас донёсся протестующий голосок девочки:
– Нет! Я не буду это пить!
Капитан окаменел. Я потрясённо замерла, и мы уставились друг на друга, а потом перевели взгляды на дверь.
Я нутром почуяла, что мы вот-вот услышим что-то важное.
