Разгребаю завал на столешнице. Беру в руки синий пакет.
Интересно, кому Алекс купил смесь для приготовления вафель? Вряд ли мне, а потом ждал, когда я останусь. Настроение падает.
Пакет-то не сегодня начатый.
Сомневаюсь, что пек для себя или друзей. Бросаю в спину Алекса острый взгляд, накатывает волна раздражения.
Быстро качаю головой, стряхивая неприятные эмоции. Ему двадцать девять, он взрослый здоровый мужчина. Конечно, у него были связи, это у меня он первый. Я младше, да и просто так вышло.
Женщины бывали в этой квартире.
Наверное. Раф слишком кайфово занимается сексом, чтобы обламываться.
Если я перееду к нему, то здесь точно больше никого не будет. Надеюсь.
Не только Алекс знает о гормонах, я тоже о них читала и примерное представление имею. Например, окситоцин. Он освобождается, когда люди чувствуют эмоциональную связь друг с другом. Например, во время приятнейшей беседы. Или… оргазма.
Щеки тут же начинают гореть. Гений быстро-быстро печатает. Не знаю, торопится, чтобы со мной побыть, или всегда так делает.
Слегка постукивает ногой, отбивая неясный ритм. Забавный он, шебутной. Но классный. Что уж там. Честно.
Вновь смотрю на Алекса. У нас пока непонятные отношения. Однозначно — ведет он. Моя жизнь сейчас без цели, как спутник вокруг его потребностей крутится. И Алекс ведет себя очень, ну просто очень корректно и понимающе.
Вдруг ужасно хочется сделать для него что-то важное, приятное в ответ! Но что я могу? Не подарок же своими руками слепить? А хочется нужное, особенное. И забавное.
Открываю страницу поиска, забиваю: «сколько нужно учиться на парикмахера».
Убираю соль в шкаф, вновь смотрю на пресловутый синий пакет со смесью для вафель. Они в горле будто встают у меня. Пакет пуст на две трети. Мурашки неприятные.
Да уж, не стоит считать окситоцин лапочкой. Помимо эйфории и тяги к размножению, он провоцирует зависть и адовую ревность. Сиди теперь дома думай, угощает ли Алекс еще кого-нибудь. Катя всё вычистит, следов не останется.
С графиком работы и занятостью Равского, кажется, у меня нет иного выхода, кроме как действительно к нему переехать.
Глава 24
— Да, звонил. В каком формате я могу расстаться с вашей продукцией?
Голос Рафа не просто холодный, он ледяной! Не голос, а отколовшийся от материка айсберг, который дрейфует навстречу беззащитным корабликам. Даже мат не нужно использовать, собеседники там точно поняли, что дело труба.
Мы с мамой переглядываемся. Я пожимаю плечами, дескать, да-да, у меня от него мурашки.
