Король и вопроса не успел задать, как граф Дербиш выпалил:
— С радостью сообщаю, ваше величество, что супруга главного королевского ловчего Аршера Моргари жива. А посему я прошу у вас аудиенцию. Моя Эльвенг законная Моргари и должна получить все привилегии, какие ей причитаются по статусу.
Аршер даже не повернул голову в сторону графа. Вместо этого, глядя на меня, цинично усмехнулся:
— Вы вместе это придумали? — спросил он.
— Если бы, — вздохнула. — Я в его игре такая же пешка, как и ты.
Почему-то было неприятно, что Аршер считает меня аферисткой.
— Что ж, — ответил король, — мы удовлетворяем ваше прошение, граф Дербиш. Пройдемте в наш кабинет. Ни к чему устраивать представление для публики.
Такого поворота я не ожидала. Похоже, нам предстоит разговор с самим королем. Я обернулась и посмотрела на Дайкора. Он был так близко… и вместе с тем так далеко. Ничего, доберусь до него в другой раз. Судя по всему, во дворце мне предстоит задержаться.
***
Вместе с королем они покинули бальный зал. Леди Ньюборд пыталась увязаться за ними, но король ясно дал понять, что пригласил на аудиенцию только троих — Аршера, Эльвенг и графа Дербиша.
Избавившись от леди Ньюборд, все вздохнули с облегчением. Даже его величество.
Аршер вел Эльвенг по коридору вслед за вышагивающим впереди королем. Судя по направлению, они шли в кабинет его величества.
Эльвенг то и дело дергалась, пытаясь высвободить руку, но пальцы Аршера стальными кандалами обхватывали ее предплечье. Он не отпустит, пусть даже не надеется.
Столько дней ушло на ее поиски, столько бессонных ночей пережито, испытано множество сомнений и метаний. После всего этого Аршер банально был не в состоянии разжать пальцы и отпустить жену. Вдруг опять пропадет? От нее можно ожидать чего угодно.
Впрочем, он тоже хорош. Не узнал собственную жену! Но она не просто изменилась и похорошела. Перед ним стояла совершенно другая девушка. Сильная, смелая, прекрасная настолько, что больно смотреть.
От нее будто исходил свет. Весь бальный зал до ее появления словно был погружен во тьму, но вот вошла она и осветила его своей ослепительной красотой.
Именно этот свет заставил Аршера подойти к девушке еще до того, как он понял, кто перед ним. Свет приманил его, он очаровал и заворожил.
Аршер чувствовал себя неловким мальчишкой. Все, что он говорил, казалось нелепым и пустым. Кровь стучала в висках, пока он отчаянно подбирал слова. Аршер терял контроль и самообладание, глядя на эту прекрасную незнакомку.
